Книга Кризис Ж, страница 40 – Евгения Батурина

Вот ивента-то мы и искали весь прошлый месяц. Дотянули до последнего: наша беременная Юля уходила в декрет прямо в пятницу, в мой день рождения. Собиралась выпить безалкогольного шампанского и попрощаться года на два-три, передав дела. Но передавать их было некому. Я отсмотрела четырех кандидаток до майских праздников и еще пятерых – после. Все не то. Эйчар-отдел недоумевал и злился, прямо-таки уже кидался в меня резюме. Но я знала: если с человеком предстоит работать, нельзя брать первого попавшегося. В среду в мой кабинет зашла Нино, менеджер по подбору персонала, с которой мы пару раз доходили до состояния хештегов в баре через дорогу. Ее явно командировали меня уговорить.

— Жозефина, признайся, дело в фамилиях? – Она сдвинула ухоженные брови. – И в проклятии твоего отдела?

— Во-первых, это не проклятие, а концепция. А во-вторых, нет, дело не в ней.

— Ну а что я должна думать! – всплеснула руками Нино. – Ладно, большинство соискательниц были явно так себе. Но ты отмела трех кандидаток с релевантным опытом. И фамилии их – Данилова, Павлова и, что совсем подозрительно, Иванова.

— Опыт есть, а ума нет у твоей Ивановой: не может сформулировать ни одну мысль, но рвется во внутренние коммуникации. Данилова половину интервью врала и рассказывала о фантазийных мероприятиях, которые якобы устраивала. Я прямо ждала, когда перейдет к свадьбе короля Малайзии. Павлову не помню.

— Это которая опоздала на час.

— А! Ну да, прирожденный организатор.

Нино покачала головой и выложила на стол еще стопку резюме:

— Вот, смотри. От сердца отрываю. Изучай! Да поскорее, времени нет совсем.

Я взяла листки, села читать. Нино не уходила: решила взять меня измором.

— Ладно, – сказала я наконец. – Вызывай на завтра вот этих.

И протянула ей два резюме. Нино заглянула в них, и прекрасные глаза ее возмущенно заблестели:

— Ты издеваешься! И потом будешь утверждать, что великая концепция ни при чем?

— Буду, – уверенно заявила я. – Вот увидишь, завтра выберу одну из них.

Великая концепция моего отдела проста: в нем работают только люди с дурацкими фамилиями. Другие не приживаются. Нино называет это проклятием, но я верю в нашу богоизбранность. Судите сами. Глава отдела – я, Козлюк. SMM-щица – Настя Попик. Медиаменеджер – Алла Солнечная. В декрет отправляется Юля Потирай – и да, они с Попик подружки. До меня отделом управляла Карина Косорылова, прекрасный специалист, ушла к конкурентам. Кстати, Карину схантили, как только она вышла замуж и превратилась по документам в скучную Михайлову. Прошлым летом у нас еще был стажер, умный, но рассеянный мальчик по фамилии Хренов. Жаль, что вернулся в институт, я так привыкла отвечать на вопрос «Где ваш стажер Хренов?».

В общем, из всех принесенных Нино резюме я безошибочно выловила два. Почувствовала связь и единение. Одну девушку звали Елизавета Хвостикова. Вторую – Елизавета Барбос. Две Елизаветы, Первая и Вторая. По опыту, возрасту и техническим характеристикам они примерно совпадали. А какая-нибудь некоронованная Смирнова или Новикова все равно не пройдет испытательный срок…

К вечеру среды позвонила Нино, была строга:

— Завтра в четырнадцать ноль-ноль к нам явится Барбос. Вот даже не верю, что произношу это!

— А Хвостикова?

— Она может только на следующей неделе.