Онлайн книга «Еще 11 минут радости»
|
Мини-Айвазян придумал кубарем скатиться к пруду, я погналась за ним, выловила, отряхнула. А когда вернулась к Таське и коляске, поняла, что она всё ещё обижена. И сама тогда тоже обиделась. Петя Ермолаев три месяца самоизоляции провел с женой Галиной Васильевной, дочкой Стешей, тёщей и тестем. Галине Васильевне очень понравилось. Она втянулась и поняла, что муж, находящийся на глазах 24 часа в сутки, – это крайне удобно. Потом государство решило выпустить граждан на волю, но не Галина. Отныне Ермолаев должен был отчитываться буквально о каждом своём шаге. Предпочтительно – никаких шагов не делать. Сидеть и отзываться. Работу наполовину перевели на удалёнку, с семьей мужа Галя не общалась и ему не велела, друзей (нас) запретила давно, про Катю Румянцеву удивительным образом не знала. Однажды Ермолаев написал Алейник: «Рад за вас!!! Люблю!!!» Речь шла о её второй беременности. Галина Васильевна подглядела через плечо и взревновала к Таське: «Ах так, ты любишь свою бывшую?» Аргумент «она вообще-то ждет ребёнка от другого», конечно, паранойю не загасил. Галя стала отправлять беременной Алейник, мучившейся от токсикоза, гадкие сообщения типа «Анастасия, я могу поговорить с Вашим супругом и выяснить, является ли он биологическим отцом Вашего плода». Плода! Потом Микро-Айвазян родился, ему исполнилось два месяца, и 3 апреля мы спонтанно решили отметить день рождения Ермолаева дома у Таськи и Жени: дети маленькие, Айвазяны немного одичали, им пойдёт на пользу компания и хороший повод. Мы приехали с тортом, заказали суши. Катя, конечно, тоже была. Накануне именинник Ермолаев потерял паспорт: должен был ехать в скучный пресс-тур в Ульяновск и утром не нашёл документ на трюмо, куда вроде бы с утра его положил. Ну нет так нет. Ульяновск обошёлся без Пети, тот отправился к Алейник. И вот раскладываем мы суши, а тут грохот в дверь, на радость только что уснувшим Мини и Микре. Галина Васильевна выследила мужа и устроила сюрприз. Вошла королевишной, сбросила пальто на детские санки в прихожей: — А что же вы, Анастасия, приглашаете моего супруга без меня? Может, расстроились, что сорвалась ваша общая поездочка? Ермолаев позеленел. Машинально нашёл глазами Катю. А у той на лице отразилось такое… жалость пополам с брезгливостью, вот что увидел Петька. Галину Васильевну он вскоре увёл – хотя она развлекалась, надкусывая роллы и требуя чего-нибудь повкуснее: «Паста? Зачем же паста, Анастасия. Есть же простое русское слово “спагетти”»!» Дома Ермолаев выяснил, что его паспорт лежит у жены в сумке. Галина этого не скрывала, даже бравировала: «Дурачок, где ж ему ещё быть!» Две недели Петя думал. Потом поговорил со Стешей. Та поплакала, но сказала: «Вы с мамой всё время ругаетесь, мне это очень горестно». Утром отвёз дочку на тренировку, собрал свои вещи. Тесть и тёща даже не останавливали: «Наша-то доигралась. Сынок, тебе кипятильник не нужен? Чаю вон хорошего возьми». Ермолаев съехал на дачу в Немчиновке. Галину просто поставил перед фактом – написал СМС. Она пробовала шантажировать его так и сяк: ребёнком, квартирой деда-соседа, который всё никак не умирал, полицией. Сулила кары небесные и земные, обзывала, говорила «кому ты нужен-то, кроме меня, ты ж не мужик!». Петя игнорировал все сообщения и звонки. Дочке привёз новый телефон, когда Галя в истерике выбросила старый. В Стешином расписании он ориентировался куда лучше жены и саму Стешу знал лучше. А Галину просто перестал бояться. И она это почувствовала. |