Книга Демон из средней школы. Повесть вторая, страница 49 – Фил Шрайбер

За задней партой засмеялись. Рико открыла рот, но учительница успела первой:

— Про второй раз расскажете на перемене. А ещё чем занимаешься?

— Ещё за храмом смотрю: убираю, чиню понемногу. Там всё старое, так что работы хватает.

— И дома убираешь? — спросили сзади.

— Конечно. Я же там тоже живу.

— Вот с кого надо брать пример, — сказала учительница, глядя куда-то в последний ряд.

Там задвигались и засмеялись снова. Котори попробовал разглядеть, к кому она обращалась, но учительница уже показывала ему свободное место через проход от Нанами.

— Садись. Папку с заданиями принёс?

— Да. Мы вчера положили закладку там, где я остановился.

— Хорошо. Достань папку, я скоро подойду.

Он прошёл между партами. Чья-то сумка лежала в проходе; мальчик подхватил её за лямку, освобождая дорогу.

— Спасибо, — сказал Котори.

У своей парты он повесил сумку на крючок, сел и достал папку. Пока искал закладку, Нанами наклонилась к нему через проход.

— Всё нашёл?

— Да.

Ему хотелось добавить кое-что про Рико и второй выигрыш, но учительница уже повернулась к классу. Он придержал пальцем нужный лист и оставил рассказ до перемены.

На доске было написано: «Мидзуно Котори». Несколько недель назад фамилии у него ещё не было, а имя он знал только на слух.

* * *

После разговора с Котори в отделении Юрэй осталось семь страниц записей, перечень вопросов без ответов и ведомость выданной одежды. С ведомостью разобрались сразу. Аудиозаписи пришлось прослушивать и сверять с заметками до следующего утра: собеседники сменяли друг друга, возвращались к уже сказанному, а некоторые ответы без самого вопроса значили совсем не то, что с ним.

Что именно случилось в ноябре, Котори объяснить не сумел. Он помнил голоса за воротами и то, как вышел к ним, чтобы уберечь старика и Гин. Что происходило после этого, не помнил: следующим воспоминанием было утро, когда он снова оказался в храме. Когда пытались выяснить, кто живёт в храме и кому он служит, Котори объяснял, что сам и есть храм. Про клинок рассказывал подробнее: как нашёл его, как носил чинить. Показать дорогу к кузнецу он не мог: шёл по карте, которой у него больше не было, а весь путь не запомнил. К тому же, по его словам, вход туда исчез, так что искать дорогу теперь было незачем.

Кулёк вместе с красной парчой уехал с Котори, а в отделении остались фотографии и рассказы, которые пока нечем было проверить. В одном месте Котори сказал «мы», и сотрудники решили, что он имеет в виду себя и таинственную Гин. При прослушивании выяснилось, что в этой части разговора он говорил о себе и ноже. Пометку исправили; к вопросу о том, кто такая Гин, это ответа не добавило.

На следующий день начали разговаривать с людьми, которых он назвал. Хотели восстановить его жизнь до исчезновения и понять, что изменилось после возвращения. Вопросы о нападениях оставались в списке, но теперь рядом с ними были другие: с кем он общался, из-за чего сердился, как вёл себя, если ему отказывали.

Хаяси разговаривал у служебной двери игрового центра. Дверь он подпёр совком: доводчик захлопывал её прежде, чем успевали вынести мусор. Сотрудник Юрэй представился и сказал, что Котори вернулся.

— Так он нашёлся? — Хаяси опустил мешок, который держал за стянутую горловину. — А где же он был столько времени? С ним всё в порядке?