Книга На границе империй. Том 10. Часть 13, страница 92 – INDIGO

— А сейчас, — Велар наклонился ближе, бросив взгляд на работающую глушилку, — Может, слетаем туда и ещё кого-нибудь поищем? Может, кто-то сумел там выжить? Может, кто-то дрейфует до сих пор в криокапсуле?

— Нет, Велар, — покачал головой. — Боюсь, там все давно мертвы. Прошло слишком много времени. Шансов выжить не осталось. Все батареи спасательных капсул давно разрядились, и они отправились на перерождение.

— А если нет? — в его голосе звучала надежда, отчаянная, цепляющаяся за соломинку. — А вдруг кто-то смог? Выжил каким-то чудом?

— Нет, Велар. Шансы, что там кто-то до сих пор жив, просто мизерные. Нулевые. Вакуум не прощает ошибок. Время тоже не прощает.

— Может, всё-таки слетаем, туда? — он не отступал, и в его глазах увидел отчаяние. — Всё оплачу. Корабль, топливо, провизию. Всё, что нужно. Только давай проверим.

— Не понимаю. Зачем тебе туда? Почему это для тебя так важно?

Велар замолчал, крутя стакан в руках. Боролся с собой, решая, говорить ли. Наконец, выдохнул и сказал:

— Как тебе объяснить… — он потёр лицо руками. — Это личное.

— Да объясняй как есть. Мы ведь друзья.

— Любит она его, — выдохнул Велар. — До сих пор любит. Не может забыть.

— Это ты сейчас о сестре говоришь? — начал понимать и вспомнил о похожем разговоре с Аридой, тогда перед моим отлётом туда.

— Конечно, а о ком же ещё, — Велар кивнул угрюмо. — Арида. Она его любила… она его до сих пор любит. Не может его отпустить. Не верит, что он погиб.

— Что-то такое она мне тогда рассказывала, — попытался вспомнить. — И даже просилась тогда со мной в ту систему, когда я летел туда. Он вроде командир линкора был? Капитан?

— Да, — Велар кивнул. — Командир линкора. Капитан. Молодой, талантливый, перспективный. Чем-то очень похож на тебя. Они встречались недолго. Он собирался сделать ей предложение после той операции. Даже кольцо купил и показывал его мне. Его корабль погиб в той битве?

— Да. Там почти ничего не осталось от линкоров. Ни от наших, ни от аварских. Наверняка числится без вести пропавшим, но мы оба знаем, что это значит.

— Значит, шансов у него не было? А она… — он тяжело вздохнул, — она до сих пор его забыть не может. Верит, что он жив. Что спасся. Что дрейфует где-то там и ждёт помощи.

— А когда ты вытащил оттуда столько народу, — продолжал Велар, — когда новости разлетелись по станции о том, сколько разумных ты спас, она вбила себе в голову эту идею. Что он до сих пор там и жив. Что надо лететь и искать. Она даже хотела купить корабль и лететь сама. Еле отговорил. Это было бы самоубийство.

— Боюсь, он мёртв, Велар, — сказал твёрдо. — Ты просто не видел, что там осталось от линкоров. Сплошной искорёженный металл. Разрушенные корпуса. Шансов никаких. Прости, но это правда.

— Знаю, — Велар опустил голову. — Знаю. Но она не хочет принимать это. Держится за надежду, как утопающий за соломинку.

— Сражение там было сложное, — попытался объяснить, хотя не мог раскрыть детали. — Они попали в засаду. Их было слишком мало против намного превосходящего их противника. Они сражались до последнего. Долго сражались. Мне жаль, но большинство погибло, ещё во время сражения. Удача улыбнулась там совсем немногим. А сейчас там не осталось никого живых.