Книга Дикарка для Альфы, страница 158 – Рая Вельс

— Никого не брать. Никого не задерживать. Если Восток действительно причастен, я хочу знать, сколько времени это продолжается и кто за этим стоит. Пусть наблюдают и не высовываются. Я еду.

— Дамир Викторович, есть ещё кое-что.

— Что?

— Судя по следам, следующую группу готовят к переходу. Возможно даже, сегодня ночью.

Дамир выругался.

— Я буду через сорок минут.

Он отключился и только тогда вспомнил о Лилии. Она всё ещё стояла возле окна и смотрела на него, однако прежней злости на её лице уже не было.

— Что случилось?

— Не твоё дело.

Дамир взялся за ручку двери.

— Завтра утром поговоришь с Владиславом Сергеевичем. Всё необходимое тебе предоставят.

— И ты вот так уйдёшь?

Он обернулся.

— У меня люди могут погибнуть этой ночью.

Больше ничего объяснять он не собирался. Уже спускаясь по лестнице, Дамир подумал о Нее. Он обещал вернуться и после разговора с Лилией собирался сразу отправиться к дому у озера, чтобы договорить то, что они не успели, и хотя бы попытаться исправить последствия собственного молчания. Теперь вместо этого ему предстояло ехать на границу, где этой ночью могли погибнуть его люди.

У входной двери он на мгновение задержался, сжимая телефон в руке. Предупредить Нею возможности не было: собственного телефона у неё не было, а о том, что она уже вернулась к Матвею, Дамир не знал.

Тихо выругавшись, он распахнул дверь и вышел в ночь.

* * *

Ночь обещала быть морозной, и Матвей решил заранее принести в дом побольше дров, чтобы потом не выходить на холод. Он уже спустился с крыльца и потянулся за корзиной, когда между тёмными стволами мелькнуло что-то белое.

Сначала старик замер, всматриваясь в лес, а затем узнал белую волчицу, неспешно приближавшуюся к дому по заснеженной тропе.

Матвей выпрямился и несколько секунд молча наблюдал за ней. Ни удивления, ни тревоги на его лице Нея не заметила. Когда она подошла ближе, он лишь отступил, освобождая ей дорогу.

— Заходи. Ночь сегодня холодная.

Нея остановилась возле крыльца и посмотрела на него.

— И не смотри на меня так, — проворчал Матвей. — Я старый, а не слепой. Понимаю, что у вас что-то происходит.

Нея вошла в дом, оставив деда Матвея на улице, и вскоре устроилась в своей комнате. Есть не хотелось, а усталость после всего произошедшего навалилась разом, хотя долгожданного отдыха так и не принесла.

Этой ночью она спала беспокойно, то проваливаясь в тяжёлую дрёму, то снова открывая глаза и прислушиваясь к тишине старого дома. Каждый раз, просыпаясь, Нея невольно тянулась внутренним чувством куда-то вдаль, пытаясь уловить знакомое присутствие, но Дамира поблизости не было.

К утру ничего не изменилось. Нея ещё некоторое время лежала, глядя в потолок и понимая, что уснуть больше не сможет, а потом всё-таки поднялась и вышла на кухню. Дед Матвей уже сидел за столом и неторопливо пил чай, будто ночь прошла совершенно обычно.

— Доброе утро.

— Если доброе, — отозвался Матвей, не отрываясь от чая.

Нея устроилась напротив, и лишь тогда старик поднял на неё взгляд поверх кружки, внимательно всматриваясь в её лицо.

— Поругались?

— Немного, — призналась она, опуская глаза.

Матвей лишь хмыкнул и, не продолжая расспросов, потянулся к стоявшей на столе тарелке.

— Есть будешь?

Нея отрицательно качнула головой.