Книга Священный город бога-предателя, страница 128 – Лия Арден

Первое прикосновение губ Афшана было лёгким, щекочуще невесомым, на миг он даже вновь отстранился, будто передумал, и Найра коротко выдохнула, испытав прилив неясного разочарования. Её дыхание ударилось о чужие губы, и Афшан чуть смелее подался вперёд. Найра сосредоточилась на ощущениях: мягких, бережных прикосновениях. Тёплые губы мареша дарили ненавязчивые ласки, движения были плавными и тягучими, настолько томными, что сареша, казалось, захмелела, тревоги отпустили, позволив полностью окунутся в блаженное забытьё. Афшан действовал аккуратно, не давил и не настаивал, поэтому, подстроившись под его движения, Найра открыла рот, поддавшись глубинному желанию, – тело само понимало, чего жаждет, пока разум плавился от новых эмоций. От прикосновения чужого языка к своему в голове звенело, сердце ухнуло куда-то вниз и стремительно вернулось обратно между попытками вырваться из груди.

Прикосновение пальцев на шее и плечах из робких превратились в требовательные, несколько раз она почувствовала на затылке руку Афшана, которая заставила запрокинуть голову, и Найра покорно подчинялась, перестав ощущать собственное тело, растаявшее в чужих объятиях. Измученный тревогой разум впервые блаженно опустел, наполнившись незнакомой доселе эйфорией, чистейшим восторгом. Поддавшись внутреннему незнакомому порыву, Найра прикусила нижнюю губу Афшана, и тот отреагировал судорожным вздохом.

Первое смущение растаяло, и она подалась вперёд, смело обвила шею Афшана руками, вжалась в его крепкое тело, наконец находя в поцелуе нечто непередаваемо приятное, что-то, что рождало желанный трепет. Руки Афшана обвились вокруг её талии, сделав объятия почти болезненно крепкими, что-то в нём изменилось, и поцелуй стал глубже, слаще, соблазнительнее, с послевкусием отчаянной нужды. Найра искала сравнение этим ласкам, но мысли стали бессвязными, ладони жадно искали его кожи, поглаживая то щёки, то шею мареша, зарываясь под ворот кафтана, а после в его волосы. Если губы Афшана вскружили Найре голову, то прикосновение языка воспламенило тело, распространяя пугающе приятный жар, в котором она была не прочь сгореть. В животе заныло, она сильнее вцепилась в плечи Афшана, пытаясь удержаться на ногах. Комната кружилась, и Найра сходила с ума, не желая останавливать этот манящий круговорот.

Она была пьяна, но разум лёгок как никогда.

Афшан оторвался от её губ и отстранился, а сареша рухнула с головокружительной высоты вновь в своё подрагивающее от напряжения тело, скованная ошеломляющим разочарованием.

Ей не сразу удалось сосредоточить взгляд на Афшане, мысли нехотя распутывались, прекращая напоминать хаос. Грудь ходила ходуном, пока припухшие губы саднило. Найра жадно глотала воздух мелкими порциями, а осознав, как уязвимо выглядит, постаралась как можно скорее взять себя в руки.

Афшан пристально наблюдал за переменами на её лице, изучал, но былая уверенность куда-то делась, будто он сотворил нечто непоправимое, с чем сам не мог справиться. Или она настолько ужасна?

У Найры вспыхнули щёки. Взгляд Афшана смягчился, будто и эту мысль он прочитал. Несмотря на расстояние в полшага, он продолжал удерживать Найру за руки, не прекращая успокаивающих, ласковых поглаживаний по её плечам и предплечьям.