Книга Любовь Исопа. Том 1, страница 95 – Ким Онхи

Исоп, проигнорировав вопрос, снова зачерпнул отвар. Этой же самой ложкой, которая только что была во рту у Мингён. Она, собравшаяся было сделать глоток кофе, в замешательстве замерла.

— Директор, давайте я принесу чистую ложку…

— Зачем? Мы уже и так обменялись слюной.

Мингён едва не поперхнулась. Она прикрыла рот рукой, а Исоп лишь тихо хмыкнул.

— Или ты считаешь, что я тебя больше накормил?

Мингён сделала вид, что не слышит его колкостей, и принялась сосредоточенно жевать сэндвич. Исоп с легкой улыбкой доел свой отвар. Закончив, он бесцеремонно забрал ее недопитый кофе и сделал глоток.

— Так ты говоришь, хочешь заказать такой суннюн?

— Да.

— Не получится. Слишком дорого.

Мингён уставилась на Исопа, и он хмыкнул:

— Кто вообще такое продает?

Мингён помогала ему надеть пиджак, лихорадочно соображая, что он имеет в виду.

— Неужели… вы сами его приготовили?

— Ага. Не «неужели», а взял и приготовил, – съязвил Исоп, прицепившись к слову из ее фразы.

— Лично? Вы?

— Ну да. Исоп собственной персоной.

Мингён не выдержала и прыснула:

— И как же?

— Порция быстрого риса, кунжутное масло и щепотка соли. Десять минут – и готово.

— Серьезно?

Глядя на ее изумленное лицо и приоткрытый рот, Исоп склонил голову набок:

— Не открывай так рот.

— Что?

— Потому что я хочу тебя поцеловать.

— Ох…

Мингён плотно сжала губы и пулей вылетела в прихожую. Пока она в спешке натягивала туфли, Исоп подошел сзади и развернул ее к себе. Пытаясь устоять на одной ноге, она покачнулась, и он подхватил ее за талию, а затем прижал к себе. Стоило ему наклониться к ее лицу, как Мингён резко отвернулась.

— Не надо.

— Почему?

— Я хочу, чтобы до тех пор, пока я не приму окончательное решение, между нами не было поцелуев и вообще никаких романтических прикосновений.

— Ого. Это с чего такие правила?

— Иначе я не смогу принять решение здраво. Вы же знаете… Рядом с вами я чувствительная.

Исоп лишь вскинул бровь, не выпуская ее талии. Вид у него был такой, будто он готов в любую секунду впиться ей в губы.

— Я всегда откладываю дела, по которым не могу принять взвешенное решение.

Исоп помолчал, пробуя слово на вкус:

— Откладываешь, значит… То есть в данном случае «отложить» – это почти то же самое, что «отказать»?

— Да. Именно так.

Глаза Исопа напряглись, челюсти сжались. Он молча отстранился и сам начал обуваться. Мингён, глядя на его широкую спину, тихо спросила:

— Вы сердитесь?

Обычно она таких вопросов не задавала. Спрашивать у разгневанного начальника, злится ли он, – это все равно что подливать масла в огонь. Ее задачей всегда было понять причину, устранить последствия и больше не повторять ошибок.

Исоп лишь прищурился, проигнорировав вопрос.

— Пожалуйста, не сердитесь.

— Почему?

— Потому что мне горько.

Видя его гнев, ей хотелось его успокоить, но, так как сделать это она не могла, на душе становилось только тяжелее. Она не могла пуститься в путаные и длинные объяснения, поэтому просто потупила взгляд.

— Сначала лишила меня права целовать тебя, теперь еще и права злиться лишаешь. У тебя слишком светлая голова, Кан Мингён, и иногда меня это просто бесит. Я на мгновение об этом забыл.

— Значит, теперь я вам снова не нравлюсь.

Мингён по привычке выдавила из себя вежливую улыбку. Исоп протянул руку и легонько потрепал ее по голове.