Книга Новый брак в Чосоне. Книга 1, страница 26 – Чхве Сохи

— Господин, может быть, вы еще выпьете?

Как у живого человека вообще может быть такой скульптурный профиль?! Высокая переносица, изящная линия подбородка, глубокие глаза, красные губы и низкий голос, заставляющий трепетать женские сердца… Хехва соблазнительно изогнулась, стремясь поймать мужчину так, чтобы тот даже не помыслил сбежать, и на всю ночь запереть его у себя под юбкой.

— Кажется, вам одиноко, а ей больно. Забудьте о своих печалях и положитесь на девушку.

— Я выгляжу одиноким?..

— Я слышала, ваша жена немного…

Хо залпом выпил чарку, которую только что наполнила Хехва. Почему у него не получается напиться? Хехва ласкала его, словно утешая, и, сверкая глазами, не переставала говорить:

— Сегодня ночью эта девочка может залечить ваши сердечные раны так, как этого не сможет сделать ваша злая жена.

— Какая противная…

Хо сделал еще глоток и вскочил. Хехва вздрогнула и удивленно посмотрела на него – как и все остальные. Даже музыканты перестали играть.

— Я пойду, а вы оставайтесь и веселитесь.

Хехва помрачнела, остро сожалея об услышанном. Ли Джахак выглядел озадаченным.

— Вы собрали нас здесь, а сами уходите?

— Я потерял интерес к выпивке.

— Я что-то сделала не так?..

Хехва была в слезах. Хо ответил на ее вопрос, даже не взглянув на нее, словно говоря с самим собой, и в глазах его, обычно не выражающих эмоций, словно туман, плескалось смятение.

— Эта девица… Она мне не нравится, но еще больше мне не нравится, когда другие говорят о ней дурно. Почему так?

Мёнхо, самый трезвый из всех, был еще способен принимать разумные решения. Он закрыл и снова открыл глаза, а потом внимательно посмотрел на Хо. Принц выглядел нормально, но явно был пьян. Вино и тем более сочжу – тонкое дело, они легко могут стать спусковым крючком эмоций даже у рациональных людей. Что же это за девушка такая, что смущает даже такого хладнокровного человека?

* * *

После ужина, приготовленного Вольсу и другими служанками, Рахи переоделась в легкое ночное платье и расстелила постель в главном доме. Служанка пыталась сделать это за Рахи, но девушка отговорила ее, и та ушла. Рахи хотелось делать самой все, что только возможно.

С улицы донеслось кваканье – звук, который она в последний раз слышала в детстве. Улыбаясь, девушка запела:

— Ква-ква, лягушка песню поет…

Эта простая песенка была для нее колыбельной. Рахи была в пятом классе, когда ее мама нежным голосом пела ей эту песню – накануне гибели в автокатастрофе.

«Как глупо вышло», – думала она.

Смертельный удар ей перед свадьбой нанесла Сундок, рассказав об умершей матери Рахи. Для Раён это был чужой человек, но общее печальное прошлое пробудило в ней странное чувство родства и заставило смягчиться.

— Никто не услышит, если я буду плакать всю ночь…

Почему так грустно – из-за того, что ей сейчас тяжело, или потому, что она скучает по маме? Когда единственная слеза незаметно скатилась по щеке, Рахи вздрогнула от внезапного звука открывающейся двери.

В комнату ворвался прохладный ветер. В дверном проеме стоял Хо с еще более жестким и холодным выражением лица. Принц был рассержен и зло смотрел на Рахи. Девушке показалось, что его высокомерие перешло все границы, но это выражение лица ему шло. Он просто такой, какой есть…

— Как шумно.