Книга Служанка слепого генерала, страница 64 – Екатерина Белова

Мужик в черном, считав язык тела, обернулся следом. Только опоздал. Я активировала разом все три артефакта мгновенного сна и тут же поглубже вдохнула зелье восстановления, чтобы самой тут не свалиться.

К сожалению, мужик в черном оказался крепче, чем я рассчитывала. Его ощутимо шатнуло, но он устоял. А после выхватил меч и бросился ко мне.

— А ты ещё кто? — из его губ рвалось злое шипение.

Острие меча царапнуло камень, но я, на удивление ловко, отпрыгнула, а после пригнулась, ускользнув от новой атаки. Новый поворот впечатал меня спиной в решетку, и я поймала едва различимый шепот:

— Девочка, срежь красный камень в его петлице.

Мужик в черном — кажется, его звали Гессон — как раз оперся рукой на стену, переживая новую волну сонной апатии. Его слабость дала моему и без того измученному телу секундную передышку.

У меня не было ни меча, ни кинжала, но я прихватила в кабинете старинный ножичек для бумаг — единственное оружие, которым могла воспользоваться. Сжав тонкую рукоять, утопленную в завитушках, я ринулась на мужика, полностью отпустив рефлексы. В конце концов, умереть я не могу, а к боли за последние дни и так привыкла.

Руку чиркнуло горячей, но очень даже терпимой болью. А после меня, словно бумажную бабочку, пришпилило к стене мечом. Острие вошло с тошнотворным звуком куда-то в подреберье, пригвоздив к камню. Пленник дико дернулся в цепях, окончательно вывернув и без того выбитую из сустава и сломанную руку. Прошипел что-то неразборчивое на неизвестном мне языке.

Я ждала боли, но та так и не пришла. Всё-таки использовать обезболивающее на себе было хорошей идеей.

— А ну говори, кто такая? — потребовал мужик.

Глаза у него были мутные, а реакции замедленные, но я, конечно, в любом случае ему проиграла. Я и драться-то не умела. Мои последние физические упражнения назывались «перемой все груши за три часа и добеги до булочной за крендельками к чаю». Я… просто до последнего верила, что мне не придется вступать в тупую физическую конфронтацию.

Отвечать не стала. Что толку?

Просто с усилием шагнула вперед, стараясь отрешиться от чавкающего звука, с которым меч прошил мое тело. А после взмахнула своим невинным ножичком для корреспонденции и срезала налитый кровавым блеском камень в петлице.

Мужик осоловело качнулся. Тяжело моргнул, а после рухнул как подкошенный. А когда он захрапел, меня тряхнуло то ли от неожиданности, то ли от пережитого шока, и меч тяжело упал на пол, явно разрезав мне по пути ещё парочку органов и костей.

— Девочка, ты жива?

У изувеченного совершенства в цепях даже голос был какой-то идеальный. Бархатный и чуть хрипловатый, словно сорванный от крика или…

Точно. Эти психи не давали ему воды.

— Жива, — отозвалась едва слышно.

Тело действительно успешно двигалось, хотя в груди неприятно ощущался дискомфорт, а грудь залило кровью. Я выглядела как туша на бойне и чувствовала себя так же. Боль осторожно возвращалась. Обезболивающий артефакт не мог выдержать чрезмерную нагрузку.

— Как сильно ты ранена, девочка? — настороженно спросил пленник. — У меня заблокировано обоняние, но я хорошо знаю звук, с которым меч входит в плоть.

Я с трудом доползла до решетки и просунула обе руки.

— Забудь об этом, дракон, — выдавила хрипло. — На мне антимагические браслеты. Сможешь их снять? Тогда я смогу залечить себя и помочь тебе.