Книга Мысль о нём, страница 23 – Ника Лайт

— Зови меня просто Влад, — тихо перебил он, не глядя на меня, а глядя вперёд, на дорогу. — И я тебе уже в прошлый раз всё сказал.

Я не нашла, что ответить. Просто улыбнулась — не потому что всё было понятно, а потому что спорить сейчас не было сил. Вскоре мы приехали в небольшое кафе на веранде, залитой солнцем. Воздух был тёплый, пахло свежей выпечкой и кофе. Официант подошёл, я заказала сырную пасту и кофе с пончиками. Пока мы ждали заказ, Влад вдруг достал из кармана маленький футляр.

— Это тебе, — протянул он.

Я взяла, открыла. Внутри лежал элегантный браслет с изумрудными камнями

— Позволь, я надену, — он встал, подошёл ко мне, взял браслет. Его пальцы были тёплыми, уверенными, и когда он застёгивал застёжку, едва касаясь моего запястья.

— Он так тебе идёт, — тихо сказал он, чуть наклонив голову — Особенно к твоим зелёным глазам.

— Спасибо, — прошептала я, не зная, что ещё сказать. Браслет приятно холодил кожу.

Он сел обратно, и нам принесли заказ. Паста оказалась горячей, сливочной, с тонкими нотками пряных трав, а пончики — воздушными, чуть хрустящими по краям. Мы ели, говорили о пустяках. Когда обед закончился, Влад довёз меня до офиса. У входа он чуть задержался, будто хотел сказать что-то важное, но потом просто улыбнулся:

— Желаю хорошо доработать.

В кабинете я села в кресло, посмотрела на букет в углу — розы всё ещё пахли и радовали. Потом покрутила на запястье браслет: изумрудные камни ловили свет и отбрасывали лёгкие зелёные блики. Закусила губу, пытаясь разобраться в том, что чувствую. И вдруг поняла: у Влада и правда хорошие, добрые качества. Он вежливый, внимательный, не давит, не торопит. Да, он дарит цветы и подарки, но делает это так, будто для него само удовольствие. Ещё раз улыбнулась, сама себе, и снова взялась за работу. Так и пошло: день за днём. Влад заезжал после работы, мы ужинали в маленьких уютных местах и гуляли по ночному городу, держась за руки. А однажды мы пошли на пляж. Луна висела над морем большая, почти полная, и её свет ложился на воду серебряной дорожкой. Дул лёгкий ветер, волны тихо накатывали и омывали наши ноги, забираясь под подол платья. Мы шли по кромке воды, смеялись над чем-то. Мы остановились. Он заглянул мне в глаза — долго, внимательно, будто спрашивал без слов: «Можно?» И когда я не отвела взгляд, не отстранилась, он нежно коснулся губами моих губ. Сначала поцелуй был осторожным, почти робким, будто он боялся спугнуть. А потом стал глубже, искреннее, наполненный тем самым чувством. Он обнимал меня, крепко, но бережно, и я не оттолкнула. Мои губы пылали, жаждали ещё, и в этом не было ничего расчётливого — только чистая, живая эмоция, которая кружила голову. Я боялась, что после этого всё станет сложнее, что произойдёт что-то неправильное, но в тот момент мне было не до страхов. Когда мы наконец отстранились, он провёл большим пальцем по моей щеке, тихо спросил:

— Ты в порядке?

Я только кивнула и потом он отвёз меня в отель и села на кровать и долго сидела, касаясь пальцами своих губ, будто хотела удержать это ощущение подольше. В груди всё пело, и мир казался ярче, чем раньше. В тот день я обрела новые крылья.

Утром, проснувшись, я села на кровать и долго смотрела на своё обручальное кольцо. Потом медленно сняла его и положила в косметичку. Пальцем провела по тому месту, где оно было — там остался лёгкий след, будто тонкая тень прежней жизни. Я не знала, зачем это делаю. Не для того, чтобы всё поменять. Просто хотелось на минуту почувствовать, как это — быть свободной. Встала и пошла в ванную, умылась прохладной водой и после заказала завтрак в голове снова и снова прокручивался тот поцелуй. И самое странное было в том, что я не жалела. Да, я твердила себе: «Я не должна была этого делать», но тут же улыбалась. Костя не тревожил меня, и я была этому искренне рада. Прошло уже три дня с того вечера на пляже. Влад не появлялся, только прислал короткое сообщение: «В ближайшие дни я занят». Я ответила одним словом: «Хорошо». Я скучала по его спокойному голосу, по тому, как он умел слушать, по этим простым прогулкам я скучала по нему по Владу. День тянулся медленно. На работе я делала всё на автомате: подписывала, отвечала, кивала, улыбалась там, где нужно. Но мысли всё время ускользали к нему. Даже браслет на запястье будто напоминал о нём — камень ловил свет и отбрасывал зелёные искры. Когда день наконец закончился, я поехала в отель. Вышла из машины, вдохнула солёный ночной воздух — и тут меня окликнули. Я обернулась — и увидела Влада. Он шёл ко мне, и в руках у него был огромный букет алых роз. Такой пышный, что почти закрывал его лицо. А потом он подошёл, не говоря ни слова, притянул меня к себе и поцеловал. Поцеловал так страстно, так отчаянно, будто три дня тишины были для него невыносимы. У меня подкосились ноги, и если бы он не держал меня, я бы, наверное, просто осела на тёплый асфальт. Он отстранился и улыбнулся.