Книга Люди без гордости, страница 89 – Светлана Алимова

— Это “как раньше” существует только для тебя, но не для меня. И мне оно не нужно.

Рамона растерялась и расстроилась.

— Эй, ты охренел? Почему не нужно?

Гай вздохнул и взял ее за руку.

— Потому что любовь, заботу и человеческое отношение ты в этом доме получишь и так. И от меня тоже. Мы — друзья и ты можешь всегда обратиться ко мне за помощью. Спать со мной для этого необязательно, — сочувственно ответил он, поцеловал ей руку и ушел.

Рамона осталась одна, обиженная и недовольная. Да какого хрена, вообще?! Ну забыл он их приключения, но она же ему все рассказала! У них же так все было славно и хорошо, а он смылся, как последний… Нет, стоп, должна быть нормальная причина. Гай не трус и не обманщик. И он видит ее насквозь. Все это время он столько делал для нее, спасал ее, тащил из пропасти и…

Рамона замерла.

Она больше не нуждалась в спасении.

Он же постоянно спасал именно девиц в беде: Мими, Бетти и Виви. И Рамону! Как чертов рыцарь или добрый волшебник! А она больше не была такой и поэтому его не интересовала. Но неужели Гай помогал ей только из жалости?

— Кроме обычного человеческого участия, которое ты упорно игнорируешь, у меня есть еще одна причина помогать тебе. Сожаления, которые терзают меня. Ты была для меня своей: пусть не близкой, но человеком из моего окружения. Я легко защищаю Альвара с Ксенией от лжецов и мошенников: один-два вопроса, отсутствие нужных эмоций, наличие не тех и любая дрянь всплывает на поверхность. Хорошие люди не должны страдать из-за своей доброты. Но ты попалась на удочку Бритта Безжалостного и только чудом не погибла.

Рамона стиснула кулаки.

Сожалений у Гая не осталось. Он дал ей возможность спастись, она ею воспользовалась и все стало хорошо. А пока все было хорошо они друг другом и не интересовались, сохраняя ровные рабочие отношения.

Гай больше не любил ее.

А любил ли тогда?

Сердце Рамоны сжалось, а потом она сердито собрала свои косички в горсть и дернула за них.

Дура! Опять влюбилась, да что ж такое?! Как будто мало ей было дерьма от Бритта, теперь снова страдать! Все, все, нужно это поскорее забыть! Вот срастутся ноги, она пойдет в таверну, сыграет в карты, напьется, подерется, найдет себе горячего мужика на одну ночь и тоже все забудет. Забудет ласковые губы и чуткие руки Гая, песни, спетые только для нее, танец на пляже под звездами и первый их раз там же, безумное плавание на лодке в шторм и то, как Гай защищал ее от Альвара, не отворачиваясь от нее, когда весь мир осуждал Рамону Ортеги.

А она просто забудет все это и отпустит его.

Но если Гай найдет себе другую и будет творить те же чудеса для нее, она ее прирежет и вновь угодит на каторгу.

Рамона зарычала, а потом врезала кулаком по стене.

— Хренов ебучий колдун! Трахай кого хочешь, пей свой шато-гилар с Альваром и Ксенией, а любить меня будешь! — гневно пообещала она. — Вот срастутся мои ноги, я тебе покажу, как оставлять меня голодной! Не будет он со мной трахаться, а! Да кто тебе позволит это?

Хрен она его отпустит теперь. Соблазнит заново да и все. Гай, уж насколько хитрый и таинственный маг, был мужчиной, а с мужчинами Рамона Ортеги обращаться умела. Одних убивала, других любила. А некоторые, болтая о пустом хлебе, жадно и жарко с ней трахались. Пока они в одном доме, Гаю будет негде от нее спрятаться.