Онлайн книга «Люди без гордости»
|
Ради Рамоны. Как-нибудь выберутся. Хоть раз в жизни он перестанет быть неудачником и сделает то, что должен. Он сможет это сделать! — Гай, смотри! — в ужасе крикнула Рамона, указывая на исполинскую волну, несущуюся прямо на них. — Держись крепче! — крикнул он и вцепился в борт лодки. Тонна воды обрушилась на них, топя и крутя, как жалких букашек. Гай задержал дыхание, но не знал насколько этого хватит. Им конец! Чудо! Умоляю, чудо! Добраться до башни живыми! Пожалуйста! Он что угодно сделает! Что нужно высшим силам? Просмотреть очередные неприятные осколки? Спасти кому-то жизнь? Влипнуть в неприятности? Спеть песню? Что угодно, только бы выжить! Волна схлынула и каким-то чудом оба они остались в лодке. Рамона затряслась. Они покойники! Сдохнут прямо сейчас! Да почему опять одно дерьмо в ее жизни?! — Давай поворачивать, Гай! Мы не доплывем до башни! — взвыла она. Соленые слезы на ее щеках мешались с дождем и морской водой. Рамона не хотела умирать, но отступление в шаге от заветной цели резало ее наживую. Гай сжал ее холодные, мокрые пальцы. — Да дай ты нам уже одно чертово чудо! — заорал он во все горло. — Я все сделаю, только помоги мне в последний раз! Пойте. Оба. Гай услышал это удивительно четко, несмотря на рев волн. Голос был женским. — Хорошо! Рамона, повторяй за мной! Будем петь, чтобы спастись! — Что? Ты свихнулся?! Гай, нам нужно… проклятье, весла сорвало! Мы не сможем никуда доплыть! — Рамону затопило черное отчаяние. — Сможем! Пой, кому говорю! Так, а что спеть-то?! Итак, стою у жизни на краю, Но лик её и в этот миг прекрасен. И если ты со мной, мой друг, согласен Бессмертью жизни, жизнь отдай свою.* — Итак, стою у жизни на краю, но лик её и в этот миг прекрасен… И если ты со мной, мой друг, согласен, бессмертью жизни, жизнь отдай свою, — запел Гай, — Рамона, пой, или мы утонем! — Ты ебаный идиот! — она нервно всхлипнула. — Я — ебаный колдун! Сделай хоть раз, как я говорю! — заорал он и продолжил петь. — Как жили мы борясь и смерти не боясь, так и отныне жить тебе и мне! В небесной вышине и в горной тишине, в морской волне, и в яростном огне! И в яростном, и в яростном огне!* — И в яростном, и в яростном огне! Блядь! Я не знаю этой песни! — Я тоже! Повторяй за мной! Они повторили припев и лодка вдруг помчалась вперед с огромной скоростью, будто по-волшебству. Волны накрывали ее пенным валом, но разбивались об идеально круглый магический щит, накрывший их. Но стоило Гаю и Рамоне замолкнуть дольше, чем на пять секунд и щит исчезал, а лодка замедляла свой ход. Чтобы выжить, нужно было петь. — А если ждут нас годы впереди и в час беды не смолкнет песня эта, пусть будет много в ней тепла и света, до края жизни с песнею дойди! Как жили мы борясь и смерти не боясь, так и отныне жить тебе и мне! В небесной вышине и в горной тишине, в морской волне, и в яростном огне! И в яростном, и в яростном огне! — Гай постарался вложить в песню побольше чувств и, надо сказать, ему не приходилось лукавить: страх и жгучее желание выжить наполняли ее нужными эмоциями. Им нужно было это чудо и оно случилось! Ему ответили и велели петь! Кто? Кто это был-то? Неважно, плевать, пусть только магия продержится до башни Эскалиоса! Рамона уже не пела, а орала песню во все горло, но орала громко и старательно. Она вцепилась в борт лодки и в голове ее билась лишь одна матерная мысль, намертво связанная с лицом Гая. |