Книга Кусадьба. Требуется горничная!, страница 135 – Анастасия Буянкина

Чудом это сработало: бледное личико Вассы озарилось улыбкой.

— О-о-о-о! — протянула она с благоговением. — Это папин! Мама подарила в день свадьбы.

Так это оружие Софии. Неудивительно, что Николина в него так вцепилась. Едва ли у них осталось много памятных вещей, которые служили бы слабым, но всё-таки утешением после смерти матери. Когда путешествуешь налегке, постоянно ищешь, что бы ещё раздать.

Угадала, надо же — семейная реликвия.

— Ида, — снова позвала Васса. — А мы… Мы умрём, да?

Этого я и боялась — что она непременно задаст самый страшный и одновременно самый простой вопрос. Потому что врать ей я не имела никакого права, а уверенно ответить: «Конечно нет», — тоже не могла.

— Я не знаю. Сделаем всё, чтобы выжить.

— Наверное, боевые маги не придут, — уронила она едва слышно. — Зря только бегала.

— Ты не знаешь этого, — возразила я. — С ними и правда непросто. Но ни один воитель не откажется от хорошей драки. Посмотри на Эффенет. Её ослепили, держали в заточении — и она уже рвётся в бой, пусть отдохнула всего ничего.

Васса выдавила улыбку.

— Она мне нравится.

— Да, мне тоже, — тут я не лукавила. Неистовая, грубоватая Эффенет, которую будто бы ничто в этом мире не было способно сломить, действительно была мне по душе. И пусть она пыталась придушить меня.

Жизнь сейчас такая, что на подобные мелочи уже и внимания не обращаешь.

— Кстати, — вдруг добавила она с видом до того невинным, что стоило насторожиться. — Я не буду против, если после всего этого вы с папой сходите куда-нибудь.

Не удержавшись, я закатила глаза.

— Да ладно! — фыркнула Васса. — Будто я не вижу, как он на тебя смотрит. И ты на него…

— С этим мы как-нибудь разберёмся.

— Уж пожалуйста. Он просто, — она вдруг понизила голос, в котором зазвучала такая нежность, что плакать захотелось, — слишком долго жил ради нас троих. Совсем упустил из виду, что мы уже выросли. Пусть наслаждается жизнью.

Любой ответ казался мне вымученным, нелепым — поэтому я до предпочла до последнего молчать, но Васса не спешила уходить. Она накрыла мою ладонь своей и неожиданно сильно для столь юной девочки сжала.

— Спасибо, — только и вымолвила я.

— Да не за что. Я сказала правду, только и всего.

Что ж, по крайней мере, одна из двух дочерей Виктора не видела беды в том факте, что я появилась в жизни их семьи. Большое утешение.

Вот бы ещё не умереть до рассвета.

К полуночи, несмотря на то, что в Нирле царило лето, улица опустела, и на душе у меня с комфортом обосновалась тревога. Казалось, внутренности скрутило в тугой узел, и теперь при каждом лишнем движении его дёргало так, будто подцепляло здоровенным мясницким крюком.

Паршиво звучит, знаю — ну так и ощущается паршиво.

В какой-то миг я почти поверила, что Торви и его маленькие бородатые друзья не придут. Они не спешили. Вот уже несколько часов мы ждали попусту, и, пожалуй, стоило догадаться, что это такой приём — и приём, эльф побери, довольно действенный.

Безостановочно бранясь, в дом заглянула Эффенет. Она направилась на кухню, даже не пытаясь держаться стен. Казалось, слепота вовсе не мешала ей. Эта иллюзия развеялась лишь в момент, когда Эффенет споткнулась, потому что одна доска потрёпанного кухонного пола чуть возвышалась над другими.

— Ай, чтоб эту развалину пикси доломали! — выплюнула воительница.