Книга Ее домашняя нечисть, страница 31 – Александра Черчень

— Вот видите, как хорошо то, что хорошо кончается.

— Да и не только я, надо признаться. Все же наследница Голоса Многоликого очень важна для всего нашего клана… вы не представляете, на какой грани мы находились последние десять лет.

Ну почему же. Кайшер прекрасно это понимал.

Голос – не просто способ общения с богом.

Некоторое время они молчали.

— Вы умный человек, профессор, – наконец сказал Чар Арран. – Поэтому давайте обойдемся без красивых фраз, и я позволю себе оценочное суждение.

— Попробуйте.

— Вы не влюблены в Айлин.

Кайшер только улыбнулся, и совиный лорд тотчас добавил:

— Ах, простите. Я не так выразился. Возможно, девочка вам нравится. Она хорошенькая, своенравная, забавная… мужчины любят такие игрушки, особенно если они вносят приятное разнообразие в жизнь. Но помолвка? Тем более магическая… Вы же сами понимаете, насколько это нелепо!

— Нелепость – это вопрос точки зрения.

— Бросьте! – Чар Арран поморщился и махнул рукой. – Я навел справки, и потому знаю, что вы появились в ее жизни недавно. Она ваша аспирантка, вы ее преподаватель… Между вами нет ни договора, ни согласия семей!

— Зато есть ее согласие.

— Испуганная девочка может согласиться на многое, лишь бы избежать разговора с отцом.

— Взрослая женщина может согласиться на многое, чтобы избежать принуждения.

Арран посмотрел на него внимательнее. Улыбка осталась, но глаза стали холоднее.

— Вы очень старательно произносите слово «женщина».

— Потому что вы очень старательно делаете вид, что перед вами ребенок.

— Она моя дочь.

— И все же не ваша собственность.

— Вы говорите так, будто в вашем роду никогда не заключали браков по необходимости.

Кайшер откинулся на спинку кресла и задумчиво протянул:

— Заключали.

— Вот видите!

— Тоже похищали. Запирали. Принуждали. Объясняли все это благом страны, рода, династии, будущих детей и еще десятком достойных причин. У нас было много красивых слов для отвратительных поступков.

Арран прищурился.

— «У нас»?

— У моего рода.

На этот раз пауза получилась куда более холодной. Совиный лорд медленно провел пальцем по ножке бокала, явно размышляя о том, куда именно стоит дальше вести беседу.

Точной информацией на тему настоящей личности профессора Эйдана он не располагал. Нет, было очевидно, что профессор не так-то прост и верить тому, что написано в его официальных документах, не стоит. Особенно тому, что значилось в графе «раса».

Некоторые из информаторов считали, что декан нечистеведов Хармара является высшей нечистью. А это несколько ограничивало простор как для шантажа (ведь декан явно обладал благосклонностью кого-то в высших кругах королевства), так и для того, чтобы выходить на открытую конфронтацию.

Демоны знают, на что он способен.

Но безропотно отдавать девчонку тоже невозможно!

— Допустим, вы действительно намерены защищать Айлин, – мягко начал Голос Многоликого, решив зайти с другой стороны. – Из благородства, упрямства или личного интереса – сейчас это неважно. Что дальше? Увезете ее в академию? Спрячете за стенами? Будете надеяться, что клан забудет о наследнице Голоса?

— Нет, – едва заметно улыбнулся профессор.

— Разумно. Потому что не забудет… Так что вы понимаете, что вопрос придется решать. И лучше спокойно сделать это здесь, чем потом – через королевские инстанции, клановые советы и бог знает какие скандалы.