Книга Ее домашняя нечисть, страница 29 – Александра Черчень

— Хорошая защита, – тихо сказала она, останавливаясь у очередного столба. – Древняя. Я бы сказала, что ее ставили еще до того, как пала Ламирия.

— Наверное, так и есть, – отозвался Кайшер, не сбавляя шага. – Совиный клан всегда был в хороших отношениях с короной, им доверяли охрану южных границ.

Отец шел впереди, не оборачиваясь. Его спина была прямой, шаги – ровными и уверенными. Он был здесь хозяином, и это читалось в каждом движении.

Лес вокруг постепенно менялся.

Сначала показались первые площадки на деревьях.

Высоко – так, что человек без второго облика ни за что бы туда не забрался. Между стволами тянулись веревочные мостки, почти невидимые снизу, а в развилках толстых ветвей прятались небольшие домики с покатыми крышами. Светлое дерево, белые ставни и перила, пучки сухих трав под карнизами.

И глаза.

Очень много глаз.

Совы смотрели на нас с ветвей, из-за резных перил, из круглых окон, похожих на дупла. Кто-то был в человеческом облике, кто-то – в птичьем.

Дом Аррана стоял в центре поселения и, в виде исключения, на земле.

Хотя слово «дом» было не совсем подходящим. Он больше походил на святилище, которое по недоразумению согласилось выполнять бытовые функции. Высокий, светлый, с тремя ярусами открытых галерей, он обвивал огромное старое дерево с серебристой корой. Ветви уходили так высоко, что терялись в сумраке кроны, а между ними висели фонари из матового стекла, похожие на маленькие луны.

Резные ставни украшали изображения сов, змей, лис, волков, оленей и еще десятков звериных обликов – всех детей Многоликого.

Невероятно красивый дом! Просто архитектурный шедевр. Даже в состоянии неприязни ко всему совиному клану я не могла отрицать этот факт.

— Прошу, – сказал хозяин и жестом пригласил нас войти. – Думаю, Айлин действительно пора увидеть мать.

До этого момента в глубине души еще теплилась крошечная надежда, что он лжет и ее здесь нет. Что это просто приманка, давление, очередная мерзкая уловка!

Но когда дверь открылась, изнутри повеяло теплым воздухом, травяным настоем, воском и чем-то знакомым.

Мамиными духами.

У обычных сов плохое обоняние – но не у оборотней. Особенно в ситуации, когда нервы уже на пределе.

Я сорвалась с плеча Кайшера и бросилась вперед.

Просторный холл мелькнул светлым пятном: широкая лестница, расходящаяся наверху на две стороны, резные перила, мягкий золотистый свет, широкие тканые дорожки на полу. И… моя хрупкая мама. Она стояла на первой ступеньке, одной рукой держась за перила.

— Айлин?..

Я рванулась к ней, почти не чувствуя крыльев.

Мама шагнула вниз, протянула руки, и я влетела в ее объятия. Тонкие пальцы запутались в перьях, сжались осторожно, но так крепко, будто она боялась, что я снова исчезну.

— Айлин… дочка.

Мама едва слышно всхлипнула, прерывисто выдохнула, явно пытаясь успокоиться, и прижала меня к себе еще крепче, при этом разворачиваясь боком к отцу и явно неосознанно закрывая собой.

— Какая милая встреча! – довольно протянул Голос Многоликого и щелкнул пальцами, видимо подзывая слуг. – Проводите мою бесценную найденную дочь в подготовленные для нее комнаты и помогите привести себя в порядок. Нас ждет торжественный ужин!

— Я сама помогу, – тихо проговорила мать и повернулась, чтобы уйти.

Я выглянула из-за ее плеча, готовясь уже ответить, если Чар Арран что-то посмеет ей сказать, но он… лишь снисходительно усмехнулся и обратился к Кайшеру: