Книга Ее домашняя нечисть, страница 100 – Александра Черчень

— Будешь травяной чай?

— Кстати, где ты чашку взял?

— На кухне, – едва заметно улыбнулся последний принц ламиров. – Я много времени проводил в Садовом дворце и одно время, как и многие подростки, ночами не спал, а звать слуг не хотел, потому научился базовым навыкам самообслуживания.

— Интересно.

— Кстати, я уже привел в порядок кухню и даже нашел часть продуктов.

— Опять сушеное мясо?

— Нет, у нас есть свежее. А в кладовых дворца сохранились мед и орехи, например… устроит?

— Более чем, – кивнула я и двинулась следом за Кайшером.

Шла, разглядывала широкую спину, длинный хвост волос, который, касаясь лопаток, колыхался из стороны в сторону.

Надо сказать, что я ожидала большей неловкости. Но Кайшер вообще никоим образом не демонстрировал, что наши отношения изменились, и это было… немножечко обидно.

Так по-женски.

С одной стороны, мне и не нужны эти изменения! А с другой, почему это я одна переживаю на эту тему? Хочется, чтобы виновник торжества тоже волновался, между прочим!

Павильон оказался не очень большим, так что буквально через несколько минут, пройдя по анфиладным коридорам, мы оказались в небольшом, светлом помещении.

Я с любопытством озиралась. Сохранившихся зданий ламирской эпохи очень мало, а уж в таком идеальном состоянии их и вовсе практически не осталось.

А еще почему-то оказалась интересна редкая возможность не просто посмотреть снаружи на величественные строения, а сунуть нос во внутренние помещения бытового значения.

Ну что сказать… судя по всему, ламиры очень любили камень. Тот самый, бело-голубой с синими искрами.

На кухне были каменный стол, каменная печь, даже каменные полки на отделанной все той же породой стенах.

И на каменной (конечно же) скамье сидел Фейн и неторопливо наполнял свою кружку из пузатого чайника.

— О, проснулась, – не поздоровавшись, выдал он. – Подойди, я тебя продиагностирую.

Я послушно приблизилась и села на край скамьи.

Фейн поставил кружку, поймал мое запястье и приложил два пальца к пульсу. Потом провел ладонью перед лицом, задержался у груди, нахмурился и щелкнул пальцами, вызывая тонкую красноватую искру. Та послушно описала круг вокруг моей руки, мигнула и погасла.

— В целом все в рамках моих прогнозов, – заключил он и, повернувшись к Кайшеру, сообщил: – Можем выдвигаться вечером. Ну, или утром, как хотите.

И оставаться в этом памятнике ушедшей эпохи еще на ночь? Думать, как и где мы все станем спать? Переживать о том, придет ли Кайшер ко мне и если придет, то наскребется ли у меня сил на то, чтобы сказать «нет»?

Хотя будем честны – не наскребется.

Мне слишком хотелось… запомнить чуть больше. Ведь можно же как-то сделать так, чтобы я запомнила?

М-да, вот и закончилось все гордое противостояние, да, Айлин? Стоило тебя разочек потискать, как все, размякла? Притом как тискали – даже не запомнила!

Если честно, очень хотелось списать это все на ламирье обаяние!

Ну не могу же я сама по себе быть такая дурында, а?

Или могу?..

— А тут далеко? – Я повернулась к Кайшеру.

— Меньше часа, – прикинул он. – И разрушений почти не должно быть, центр Иммерзиля отлично сохранился.

— Тогда давайте пойдем вечером? Все равно тут темнеет очень поздно и ненадолго.

— Как скажешь, – кивнул последний принц ламиров и достал с полочки очередную чашку, видимо для меня.