Книга Князь Андер Арес 12, страница 53 – Тимофей Грехов

Генерал медленно кивнул и сел.

— А теперь подписывайте, — сказал я и повёл кистью.

Пергамент сорвался с места и по дуге спланировал к нашему президенту, зависнув перед ним в воздухе. Тот посмотрел на светящийся лист, потом на меня.

— И что мне делать? — спросил он. — Резать руку?

— Нет, — я позволил себе лёгкую улыбку. — Просто прикоснитесь. Пергамент сам возьмёт каплю вашей крови.

Президент приложил ладонь к листу. Вязь под его пальцами вспыхнула, по алым линиям пробежала волна, и на нижнем поле проступила строка с его именем, выведенная так, будто он расписался собственной рукой. Он отнял ладонь, посмотрел на подушечку пальца, где не осталось даже следа укола, и покачал головой.

Дальше пергамент пошёл по кругу. Председатель КНР приложил руку спокойно, белорус перекрестился и приложил. Американец помедлил секунду и прижал ладонь всей пятернёй, раз уж подписываться, так по-крупному. Итальянка, прикладывая руку, что-то прошептала, и я разобрал по губам молитву. Кто-то касался листа кончиком пальца, зажмурившись, кто-то с достоинством. Пятьдесят четыре имени проступили на нижнем поле одно за другим, и с каждым именем свечение пергамента набирало силу.

Когда последняя строка легла на место, я устроил то, ради чего стоило прожить обе жизни.

Пергамент взмыл под потолок и вспыхнул. Алый свет залил зал, прошёл сквозь стены и, как потом я смотрел по новостям, столб света над Домом народных собраний видели за десятки километров. Рунная вязь развернулась в воздухе гигантским кольцом, медленно провернулась над головами правителей и втянулась обратно в лист.

Я усилил голос магией, и он раскатился по залу.

— Свершилось. Я сдержу своё слово. И моя последняя просьба: вам следует получить подписи всех глав государств Земли. — Я сделал паузу. — После чего, надеюсь, на планете начнётся новая эра. — Я обвёл взглядом кольцо столов, всех этих генералов, президентов, премьеров и монархов, замерших с задранными головами. — Ведь я могу вернуться…

Последнее, что я увидел, покидая зал, были лица троих на дальней стороне кольца. Председатель КНР смотрел на гаснущий пергамент. Белорус улыбался. А наш президент глядел прямо мне в глаза, и одними губами прошептал.

— «Спасибо».

После чего я телепортировался домой.

С плеч будто сняли гору.

Не побоюсь этих слов, но я сделал великое дело. Война, которая могла сжечь планету, закончилась миром.

Сложности, с которыми я столкнулся по дороге, я не мог предвидеть при всём желании. Я слишком плохо знал здешние реалии, когда начинал. Я думал достаточно показать чудо, и люди сами потянутся к свету. Ага, конечно. Люди, имеющие власть, не готовы были расставаться с ней. Сначала объявили чудо психотронным оружием, потом попытались встать к нему в очередь по блату, а под конец чуть не взорвали ядерную бомбу над собственным союзником, лишь бы чудо досталось им.

Что же про кровь, что пролилась при штурмах правительственных зданий… что ж, она лежала на мне.

Каждый из них погиб в цепочке событий, которую запустил я. Только рядом с этой арифметикой стояла другая. Война, где каждые сутки стоили сотен жизней, прекратилась. Ядерный сценарий, в котором счёт шёл бы на сотни миллионов, отменён и похоронен.

Мне даже представить было страшно, до чего дошла бы эта война, не появись я на Земле. Точнее, представить я как раз мог… фильмов про постапокалипсис было снято много.