Книга Князь Андер Арес 12, страница 42 – Тимофей Грехов

Университетский госпиталь «встретил» меня работающей ночной хирургией, и снова пришлось повисеть над крышей, пока внизу зашивали последнего пациента. Детскую больницу я оставил напоследок, и правильно сделал, потому что после детских отделений мне всякий раз требовалось время прийти в себя. Онкология, ДЦП, пороки сердца. Я прошёл все этажи до единого, включая бокс, где лежала девочка лет пяти без волос и без шансов…

А на выходе меня ждало то, чего я не видел ни в одной стране.

Я поднялся над крышей, развернул крылья и глянул вниз, на площадь перед больницей, и замер.

Площадь была заполнена людьми. Тысячи человек, наверное, тысяч десять или пятнадцать, стояли ровными рядами в поясном поклоне. Никто не шумел и не толкался. Ни одного крика, ни одной вспышки в лицо. Полицейские стояли в оцеплении по периметру и кланялись вместе со всеми. Чуть дальше я разглядел военные грузовики и солдат, и солдаты тоже стояли, согнувшись в поклоне, с оружием за спиной.

Пока я ходил по этажам, ни один человек не вошёл в здание. И никого не пускали.

Я повисел над ними с полминуты. Потом опустился ниже, метров до пятидесяти, чтобы меня разглядели, прижал ладонь к груди и склонил голову в ответ.

По рядам прошло движение, и люди согнулись ещё ниже.

— «Странный и интересный народ», — пронеслась у меня мысль, когда я уходил ввысь.

Уже поднявшись, я заметил в первом ряду старуху, крохотную, в стёганой куртке. Она держала над головой бумажный фонарик, и огонёк в нём дрожал на ветру. По её мыслям, которые я зацепил краем, услышал, что она пришла благодарить за правнука, того я вылечил час назад в детской. Она не знала наверняка, что его вылечили, ей никто ещё не звонил. Она просто верила, что раз я вошёл в это здание, то выйду не раньше, чем закончу. Родители мальчика погибли, потом погибли родители родителей. И прабабушка взяла ребёнка к себе и заботилась о нём, несмотря на свои преклонные года. Даже когда у ребёнка нашли страшное заболевание, она не оставила его.

— Регенерация — высшее исцеление, —и вместо седовласой, сгорбившейся бабушки, склонившись в поклоне осталась стоять женщина на вид не старше сорока лет.

Утром китайские СМИ крутили записи по всему миру. В особенности их зацепил момент с моим поклоном и омоложение бабушки. И поток духовной энергии в тот же день стал ещё шире.

* * *

Через неделю пришли новости, которых я ждал больше всех остальных.

Армия Украины начала отвод войск. Сначала из ДНР, потом из Запорожской области и следом из всей Херсонской. ЛНР к тому моменту и так уже была наша целиком, там отводить было нечего. Колонны техники уходили на запад своим ходом, без боёв и без прикрытия, и наши их не трогали. По кадрам с дронов было видно, как танки идут по трассам с включёнными фарами, в открытую.

Такое не делается по прихоти командующего. Такое делается, когда за столом уже ударили по рукам и осталось согласовать формулировки. Что лучше всего говорило, что шла полномасштабная подготовка к мирным переговорам.

По телевизору при этом не говорили ничего конкретного. «Стороны продолжают консультации». «Достигнуто понимание по ряду вопросов». «Комментарии преждевременны». Дипломатический язык изобрели специально для того, чтобы говорить часами и не сказать ничего, и владели им многие стороны виртуозно. Я мог бы слетать в любую из столиц и прочитать все протоколы прямо из голов, но решил не лезть. Процесс шёл в нужную сторону, а моё вмешательство на этом этапе принесло бы больше шума, чем пользы.