Книга Рассвет русского царства. Книга 1, страница 118 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я посмотрел на него.

— Ничего не надо, — ответил я. Хотя так и хотелось сказать, что твоя жена всю неделю за тебя расплачивалась. — Выздоравливай, и береги Марьяну. Она помогала за тобой ухаживать. И даже кое-чему научился у неё.

— Да? — удивился Ванька. Но не так, будто что-то заподозрил. А с некоей гордостью. — Ну, так это… если её помощь будет нужна, зови. Я не против.

Ох, надо было видеть, как в этот момент блеснули глаза у Марьяны. Но видимо, чтобы муж ничего не подумал, сказала.

— Будто у меня дел по дому мало. Кто за хозяйством будет следить? Кушать готовить, стирать… Вот ты, Вань, как что-то скажешь, так…

— А если я буду платить? — придав лицу серьёзности спросил я.

Марьяна прищурилась.

— Посмотрим. Я должна подумать.

Но ответ я уже видел на её лице. К тому же у меня были свежи воспоминания о прошедшей ночи, когда Марьяна уговаривала меня подержать Ваньку ещё пару деньков. И в принципе я был не против, но её муж уж очень просился домой.

А вскоре у меня появилась хорошая возможность позвать Марьяну на помощь. Но обо всем по порядку.

Когда я сражался с холопами, пришёл слуга от Ратибора.

— Митрий Григорьевич, — сказал он, — барин велел передать: завтра приедут люди из Нижнего Новгорода. От воеводы. Хотят с тобой встретиться.

Я нахмурился. Такие люди так просто не приезжают. А тут ещё и ко мне лично.

— Зачем?

— Не знаю.

Гонец ушёл. Я остался сидеть, размышляя.

— «Воевода? Что ему от меня надо?»

Утром я пришёл к терему Ратибора.

— Вызывал, барин? — поклонился я. В гостевой комнате сидели трое мужчин. Двое — дружинники, судя по кольчугам и саблям. И я на них почти не посмотрел. И Ратибор сразу же представил мне третьего.

— Заходи, Митрий. Это мой старый знакомый Тимофей. Он служит воеводе из Нижнего Новгорода.

Тимофей кивнул и поднялся ко мне.

— Слышал о тебе, Митрий Григорьевич. Говорят, ты чудеса творить можешь. Спасаешь людей от болезней, да от ран смертельных. Правда?

— Не всему можно верить, что говорят, — осторожно ответил я. — Но кое-что умею.

Несколько секунд Тимофей рассматривал меня, думая о чём-то своём.

— Хорошо. Не будем тогда тратить время. У воеводы есть сын. Молодой парень, двадцать зим нынче будет. Так вот, три зимы назад упал он с коня. Нога сломалась. Срослась, но неправильно. Теперь хромает. Ходить может, но с трудом. Воевода хочет знать: сможешь ли ты его вылечить?

Я задумался. Перелом, сросшийся неправильно. Это называется «неправильное сращение» или «ложный сустав». В 21 веке такое лечили операцией, ломали кость заново, выравнивали, фиксировали. Но здесь? Без анестезии, без рентгена, без нормальных инструментов?

— Не знаю, — честно ответил я. — Нужно осмотреть. Увидеть, как срослось. Тогда скажу.

Тимофей кивнул.

— Справедливо. Воевода готов привезти сына в Курмыш. Если поможешь, воевода щедро заплатит.

Я переглянулся с Ратибором. Но по его лицу не было понятно, что он думает.

— Хорошо. Пусть везут. — И тут же спросил: — Сколько ты здесь пробудешь?

— А что? — наклонил голову Тимофей.

— Для лечения сына воеводы у меня не всё есть и…

— Готовь список. Всё, что нужно, я найду, — сказал Тимофей.

Я вышел из терема. Шёл по острогу, думал.

— «Сломать ногу каждый дурак может. А вот сломать правильно, это уже другой разговор. Но даже не это главная проблема. А боль! Конечно, можно по-спартански напоить его хлебным вином, но это не самый лучший вариант. Уже в этом времени должно было существовать всё, чтобы сделать Диэтиловый эфир*».