Книга Рассвет русского царства. Книга 2, страница 5 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Рано ты, хозяин.

— Не спалось, — ответил я, после чего мы приступили к работе.

Я принёс с собой кожу, что вчера купил у Ваньки, и вечером, пока нечего было делать, нарезал её на ремни. Оставалось пробить отверстия во вчерашних заготовках наручей и продеть в них ремни, после чего закрепить. Звучало просто, но на деле оказалась морока.

Пластины были твёрдые. Сверлить было нечем, поэтому решили раскалить место, где нужно проделать отверстия, после чего бить бородком.

Попробовали. Положили пластину краем в угли, дождались пока прогреется. Потом быстро достали, приложили бородок, ударили молотом и пробили. Получилось не совсем ровно, но это легко можно довести об точильный камень.

Вскоре мы проделали так со всеми пластинами, а потом продели ремни и затянули. После чего я примерил наруч на руку. Он сидел ровно, пластины прикрывали предплечье полностью.

— «Что ж вполне не плохо!» — удовлетворенно подумал я.

Второй наруч сделали быстрее. Уже набили руку, знали, что и как. Я надел их, взял саблю, помахал. Пластины звякали друг о друга, но не мешали. Локоть сгибался свободно. Вес чувствовался, но не критично.

— Хорошо получилось, — сказал Доброслав.

— Пока только руки. Ноги ещё надо защитить. И грудь.

— Грудь? — он нахмурился. — Это уже кираса. Сложно.

Я посмотрел на него.

— А кто обещал тебе лёгкую жизнь?

Доброслав аж поперхнулся, услышав от меня эти слова.

* * *

Кирасу делали почти две недели. Сначала выковали переднюю часть — нагрудник. Большой, выпуклый, чтобы удары соскальзывали. Потом заднюю — наспинник. Попроще, более плоский.

Соединили ремнями по бокам. Я примерил. Тяжело. Килограммов десять, не меньше. Но держалось крепко и прикрывало всё тело от шеи до пояса.

— Как? — спросил Доброслав.

— Тяжело. Но нормально. Привыкну.

На поножи потратили ещё пять дней. Две пластины на каждую ногу — одна спереди, другая сзади. Соединяли ремнями. Принцип тот же, что и с наручами.

Когда закончили, я надел всё разом. И попробовал подвигаться. Было тяжело. Каждый шаг требовал усилий.

Также я отчётливо понимал, что теперь придётся тренироваться в ней. Иначе в бою быстро останусь без сил. Взяв саблю, начал отрабатывать движения, будто с кем-то сражаюсь. И, как и ожидалось, надолго меня не хватило.

— Хорошо, — сказал я. Неподалёку стояли три брата акробата. Про братьев я сказал неправду, но суть отразил верно. Глав, Ратмир и Воислав внимательно смотрели на меня. И пока не спешили подходить. — Доброслав! — громко позвал я кузнеца. — А теперь будем делать такую же броню им!

Доброслав застонал.

* * *

Броню для холопов в основном делал Доброслав. Ему в помощь я отправил холопов, которым эта броня и предназначалась. И помогал я кузнецу лишь когда мы делали самое сложное — кирасу.

На всё про всё ушло больше полутора месяцев. Может быть, закончили бы быстрее, но у меня закончился металл. И я не сразу сообразил попросить его у боярина. А у него в закромах было припрятано много чего.

Осталось ещё одно дело, которое нужно было решить, — оружие!

Сабли у всех были: и у меня, и у холопов. Но сабля сабле рознь. А я хотел такую, чтоб в бою я был уверен в ней на все сто.

И когда Доброслав закончил с бронёй, я начал делать себе клинок из дамасской стали. Именно из неё был сделан скрытый клинок в трости Ярослава.