Книга Рассвет русского царства. Книга 4, страница 50 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Мы с Лёвой и отцом держались в хвосте кавалькады.

Вдруг от головы колонны отделился всадник. Дружинник в богатом плаще гнал коня галопом, осаживая его на дыбы, едва не сбивая зазевавшихся. Он рыскал глазами по рядам.

— Строганов! — гаркнул он, перекрывая шум. — Кто здесь Дмитрий Строганов⁈

— Я! — отозвался я, поднимая руку.

Дружинник резко развернул коня ко мне.

— Великий князь требует тебя! Живо!

Я переглянулся с Григорием и Лёвой, пришпорил коня.

Вырвавшись вперёд, я увидел Великого князя. Он ехал шагом, держа поводья одной рукой, и о чём-то беседовал с князем Патрикеевым. Увидев меня, он жестом остановил собеседника.

— Звал, Великий князь?

Иван Васильевич осмотрел меня с ног до головы.

— Звал, — ровным голосом произнёс он. — Говорят, Василий Фёдорович до сих пор жив. И всё благодаря тебе.

— Жив, Государь, — ответил я. — Опасность миновала, теперь на поправку пойдёт, если Бог даст.

Князь чуть наклонил голову, и в его голосе прозвучали тёплые нотки.

— Василий нужный человек для моего княжества. Правая рука моя во многих делах. И замены ему сейчас нет. Ты не просто боярина спас, ты мне верного слугу сберёг.

— Служу тебе, великий князь… — начал было я.

Но договорить не успел.

Слева, из густого подлеска, раздался треск ломаемых веток. Такой громкий, будто там ломился не зверь, а таран. Кони всхрапнули, шарахнулись в сторону.

— Зверь! — крикнул кто-то из свиты.

В следующее мгновение на просеку, буквально в двадцати шагах от нас, вылетел лось. Огромный, с ветвистыми рогами, он был весь в мыле, глаза выкачены от ужаса. Он не бежал… он летел, не разбирая дороги, спасаясь от чего-то страшного.

Лось пронёсся мимо, едва не сбив коня Патрикеева, и исчез в чаще на другой стороне.

Но никто не успел даже вскинуть лук. Потому что следом за лосем, ломая кустарник, вывалилась бурая гора мышц…

Медведь.

Огромный…

Увидев перед собой стену из людей и коней, он на мгновение замер, встал на дыбы, оглашая лес жутким рёвом. Забыв про лося, он рухнул на четыре лапы и рванул вперёд.

Всё происходило очень быстро.

— ВЖИХ! — резкий свист рассёк воздух прямо над моим ухом.

Медведь споткнулся на бегу. Его голова дёрнулась назад. Он сделал ещё шаг по инерции и рухнул мордой в землю, пропахав носом мох.

К слову, эта огромная туша замерла всего в пяти шагах от коня Великого князя. Правда, его закрывали со всех сторон дружинники, и опасность ему хоть и грозила, но не такая уж и большая.

Я смотрел на медведя. Из его левого глаза, войдя по самое оперение, торчала стрела. Это был просто идеальный выстрел.

Я обернулся. И чуть позади меня, опустив длинный лук, сидел на коне Лёва.

— Как тебя зовут? — раздался голос Великого князя.

Лёва, осознав, что произошло, поспешно спрыгнул с седла. Лук он уже убрал за спину и теперь, стянув шапку, низко поклонился, замерев в таком положении.

Великий князь Иван Васильевич медленно, не сводя глаз с поверженной туши, спешился. Он подошёл к медведю.

Иван Васильевич наклонился, внимательно разглядывая левый глаз зверя. Из него, глубоко уйдя в мозг, торчало оперение стрелы. Выстрел был не просто точным… он был снайперским. Да ещё и в движении, когда счёт шёл на доли секунды…

Князь медленно подошёл к Лёве, который так и стоял, согнувшись в поклоне, не смея поднять глаз на государя.