Книга Рассвет русского царства. Книга 6, страница 98 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Я сделал многозначительную паузу, и он посмотрел на меня с ненавистью.

— Ты молод, боярин, — сказал он. — Наверняка, у тебя нет опыта в таких делах. Руки ещё не привыкли к крови. У меня есть неплохие шансы уйти на тот свет, не предав…

Он не успел договорить. Я перебил его не словом, а действием.

Резко поднявшись из-за стола, я подошёл к нему вплотную.

— Не надо напускной верности, — холодно произнёс я. — Ты всего лишь наёмник. И сейчас мы торгуемся за цену твоего ухода.

Я сунул руку в карман кафтана и достал оттуда кожаный свёрток. Медленно, чтобы он видел, развернул его на столе. Внутри блеснули тонкие, кованные иглы. Длиной сантиметров по пятнадцать, не меньше.

Егор скосил глаза, пытаясь рассмотреть инструменты.

— Что это? — спросил он, и голос его предательски дрогнул. — Шить меня собрался?

Я не ответил. Взял одну из игл, покатал её между пальцами.

— Знаешь, в Курмыше мне приходилось много лечить, — сказал я спокойно, словно рассказывал о погоде. — Я знаю, как устроено человеческое тело. Где проходят точки особенно болезненные. Знаю, куда нужно нажать, чтобы человек потерял сознание от боли, а куда чтобы он молил о смерти, но оставался в сознании часами.

Что-то в этом духе говорили в каком-то фильме… или читал в книге… не помню. Но на самом деле я не имел таких познаний. Да, мне было известно про расположение нервов… но всё остальное только по фильмам.

Я присел на корточки перед висящим Егором.

— Я не палач, Егор. Я лекарь. И поверь, это гораздо хуже.

Не говоря больше ни слова, я нащупал нужную точку под его коленом. Там, где проходят нервные узлы, где боль может быть ослепляющей.

Резкое движение и игла вошла, упираясь прямо в коленный сустав.

— А-а-а-а! — звериный рык разорвал тишину подземелья.

Егор дёрнулся всем телом, цепи на дыбе натянулись, звякнув металлом. Его лицо мгновенно побагровело, вены на шее вздулись, а глаза едва не вылезли из орбит.

— СУКА! БОЛЬНО! ГАД! — орал он, захлёбываясь слюной.

Я смотрел на него снизу-вверх, не отпуская иглу.

— А я тебе предлагал другой вариант, — спокойно напомнил я.

И в этот момент я слегка пошевелил иглу внутри сустава, задевая надкостницу. Новый вопль, ещё пронзительнее прежнего, ударил по ушам. Егор забился в путах, извиваясь, пытаясь поджать ногу, но фиксация не давала ему этого сделать.

Я резко выдернул иглу.

Крик оборвался, перейдя в судорожные всхлипы. Егор тяжело дышал, по его лицу катился крупный пот.

Я выпрямился, вытер иглу об его же одежду и вернулся за стол. Снова сел и взял перо.

— Понимаешь, — сказал я, глядя на трясущегося наёмника, — мне не нужна дыба. Мне не нужны раскаленные щипцы. Я и так смогу добиться от тебя ответов. Просто зная, куда ткнуть. И только от тебя зависит, как наше дальнейшее общение будет проходить. Мы можем закончить всё быстро… или мы продолжим, — повертел иглу в руке, чтобы приковать его внимание к ней. — У меня здесь ещё много игл. И много точек, о которых ты даже не догадываешься. Руки, ноги, шея, уши…

В этот момент Егор перевёл взгляд с иглы на меня.

— Что… что ты хочешь знать? — скривившись спросил он.

Выйдя из пыточной, я вдохнул полной грудью. Стражники у дверей вытянулись в струнку, но я даже не взглянул на них.

На улице было ещё светло, хотя мне казалось, что я провёл в подвалах поруба куда дольше времени. И не став его тратить ещё больше, отправился прямиком к Марии Борисовне.