Книга Рассвет русского царства. Книга 6, страница 84 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

— Пока нет. Но… — я сделал паузу. — Может, так даже и лучше. Сейчас всё слишком непредсказуемо. Слишком всё зыбко. Марии Борисовне самой бы усидеть на престоле.

— Ты правильно мыслишь, — сказала Анна Тимофеевна. — Вот только получается, что, если Великая княжна не выстоит, вместе с ней не станет и Алексея.

— «Ох, и умна Шуйская, — подумал я. — Сразу просекла, что я хочу остаться в тени, оставляя себе место для манёвра».

— Я не думаю, что в скором времени меня отпустят домой, — сказал я. — Так что в моих же интересах сделать так, чтобы Мария осталась у власти, а следовательно, с ней и Алексей. — Взгляд Шуйской потеплел, тогда как я продолжил. — К слову, я сегодня отправил гонца с письмом Алёне, в котором предлагал ей приехать в Москву.

— Вот это ты правильно сделал, — сказала она. — Алёна — княжна, кровь Рюриковичей и нам родня близкая. Её нахождение подле тебя повысит твой вес в глазах окружающих. Уж прости, но хоть ты и стал известен за последние годы, но изначально смотрят на родовитость. — Я кивнул, понимая о чём говорит Анна Тимофеевна, после чего она продолжила. — Ну, вот и славно. Пусть, как приедет, сразу ко мне идёт. — Она снова замолчал, глядя на меня выжидающе. — До этого времени, надеюсь, родители заберут Анфису? — спросила она.

В горле встал ком, и я отрицательно покачал головой.

— Они погибли, — произнёс я. — При пожаре… надышались дымом в порубе. Не успели их вывести.

Лицо Анны Тимофеевны помрачнело, после чего она перекрестилась.

— Царствие небесное…

— Получается, что у Анфисы есть только я, — произнёс я.

— Получается так… и это плохо, Дмитрий. — Она серьёзно посмотрела на меня. — Ты же не бросишь девочку?

— Нет, — ответил я. — Это моя дочь. Хоть и незаконная, но моя кровь, и я её не оставлю.

— Да-а-а уж… — качая головой тяжело вздохнула Шуйская. — И что ты думаешь? Как о ней будешь говорить Алёне?

Я усмехнулся, хотя веселья в этом было мало.

— А какие у меня варианты? Скажу правду. Анфиса появилась задолго до того, как был сговор о моей помолвке с Алёной. Так что, надеюсь, она поймёт и простит. — Я сделал непродолжительную паузу. — Измены ведь не было.

Анна Тимофеевна посмотрела на меня с иронией и жалостью одновременно.

— Ага, — хмыкнула она. — Это ты сейчас так говоришь. А вот когда об этом узнает Алёна… Что дитё у тебя со стороны есть, да ещё и не просто где-то в деревне растёт, а ты его к ней в дом собираешься привести, под её нос… Ох, не завидую я тебе, Дмитрий. — Она покачала головой. — Алёна слишком молода, чтоб принять чужого ребёнка… На это великая мудрость нужна. Готовься к буре, Строганов…

В этот момент дверь скрипнула, и на пороге появился Алексей.

— О чём шепчетесь? — спросил он, проходя к столу. — Небось, кости мне перемываете?

— О делах насущных, сынок, — спокойно ответила Анна Тимофеевна вставая. — О жизни, Алёша. Засиделись мы, давайте спать, у всех нас завтра будет трудный день.

Алексей кивнул, не став спорить. И я тоже поднялся из-за стола, проследовав в свою комнату.

Перед этим зашёл в комнату к Анфисе. Осторожно приоткрыв дверь, понял, что Анфиса уже спит. А в углу, на лавке, как и до этого, спала нянечка. Она всхрапнула во сне, и я вздрогнул, замирая у двери. Не хватало ещё разбудить их. После чего тихо прикрыл дверь и вернулся к себе.