Книга Рассвет русского царства. Книга 7, страница 69 – Тимофей Грехов, Ник Тарасов

Алёна не стала спорить. Она лишь фыркнула и активнее заработала ложкой, отправляя кашу в рот с таким видом, будто это была самая важная задача в её жизни.

Анна Тимофеевна, покачав головой, хлопнула в ладоши.

— Девки! — крикнула она в сторону кухни. — гостю подавайте! А то он нас глазами съест!

Служанки, словно подслушивая под дверью, тут же выпорхнули с подносами. Передо мной появилась горячая каша, мясо и пироги.

Я только приступил к еде, как послышались тяжелые шаги на лестнице.

В трапезную спускались мужчины. Первым шёл Андрей Фёдорович Бледный. Выглядел он, надо признать, лучше, чем вчера, но всё равно помято. Глаза бегали, и он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Следом спускался хмурый Ярослав, а замыкал шествие Алексей Шуйский, который тер виски и морщился от дневного света.

Алексей кивнул мне, садясь рядом с матерью, и сразу потянулся к кувшину с холодным квасом.

Князь Бледный прошел к столу, покашлял в кулак и сел прямо напротив меня. Он старательно смотрел в тарелку, делая вид, что меня не существует.

— Отец, хватит, — устало сказал Ярослав, намазывая хлеб маслом. — Мы с тобой уже это всё вчера обговорили, ты уже сам понял, что был не прав. Хватит вести себя, как не знаю кто. Мы одна семья, в конце концов.

Князь Бледный тяжело вздохнул.

— Воспитал на свою голову… Ладно… — проворчал он. Поднял глаза и, наконец, посмотрел на меня. Взгляд был виноватым, но с хитринкой. — Ты прав, Дмитрий. Зря я ввязался в дела Великокняжеские. Не по Сеньке шапка оказалась.

Он сделал паузу, обвел всех взглядом и продолжил.

— Новгород мне пообещала Мария Ярославна за поддержку, — признался он. — Наместничество. Вот я и повёлся, старый дурак. Сладок кус показался. И, быть может, я бы его и получил, не займи ты сторону…

— ОТЕЦ! — возмущенно рявкнул Ярослав. — Ты опять⁈

— А ты не ори! — тут же вызверился Бледный, пытаясь сохранить остатки авторитета. — Я тебе не мальчишка!

Он перевел дыхание, дернул щекой и снова повернулся ко мне.

— Дмитрий, ты был прав, — сказал он. — Я погорячился. И, честно, жалею, что не посоветовался с тобой, когда всё это затевал. Ты у нас голова светлая, хоть и горячая. Господь был на твоей стороне, к слову, как и всегда…

За столом воцарилась благостная атмосфера примирения. Алексей довольно кивал, жуя пирог, Анна Тимофеевна улыбалась. Казалось, конфликт исчерпан.

И тут нежданно-негаданно Алёна решила подлить масла в огонь.Она звонко поставила чашку на блюдце.

— Ой, отец, не перехваливай моего мужа, — заявила она громко, с милой, ядовитой улыбкой. — У него, как оказалось, тоже рыльце в пушку. И не такой он непогрешимый святой, как мы все тут думали. Ангелы, может, и стоят, да только и бесы не дремлют.

Повисла гробовая тишина. Алексей поперхнулся квасом. Анна Тимофеевна закатила глаза, понимая, что сейчас будет.

Князь Бледный замер с ложкой у рта. Он медленно перевел взгляд с меня на дочь.

— Ты вообще, что мелешь, девка? — нахмурился он. — Муж твой…

Алёна повернулась ко мне и… показала язык. Самый настоящий, детский, дерзкий язык.

А потом, повернувшись к отцу, быстро и четко, как по писаному, выдала.

— А у твоего зятя, батюшка, есть незаконнорожденная дочь. Которая появилась ещё до нашего брака, но о которой он «забыл» упомянуть. И живет она сейчас здесь, в этом самом доме. Анфисой зовут.