Книга Дворник 5-го уровня. Том 2, страница 5 – Дмитрий Дорничев

Десять минут, и вторая порция была готова. Её я положил в большую плоскую тарелку. Туда же лёг третий блин, а за ним и четвёртый.

Проглотов у меня хватает, поэтому нужно приготовить побольше. Чем я и занимался.

«Было вкусно, спасибо», — перед моим лицом появились тонкая рука и записка.

— Пожалуйста, — ответил я и уже было расслабился, как появилась новая записка…

«Но я злопамятная. Из-за чего и не могу получить покой».

Убрав записку, Юки пошла в спальню. Ох уж эти старые женщины! Когда не надо, у них очень хорошая память. А когда надо, так склероз!

Я же продолжил работать и, когда приготовил целую гору пицц, накрыл их глубокой кастрюлей, как крышкой. Ну и сам сел есть… Блин! А это реально вкусно!

Специй бы добавил чуть в другой пропорции, чем в рецепте, и свинину можно пожирнее, чтобы жир впитался в капусту. Или креветки! А ещё рыба неплохо сочетается с капустой.

— Какой запах! А что у нас тут? — домой пришла мать и вся сияла.

— Ты сегодня рано.

— Всю работу сделала, и меня пораньше отпустили. А что это? — мать почти сунула нос в пиццу.

— Окономияки, попробуй, — отломил кусочек, надел на вилку и протянул матери.

— Ам!.. Вкусно! — глаза проблемной женщины загорелись, и я прогнал её руки мыть. А потом мы с огромным аппетитом лопали свои мясные блины. И правда ведь, вкусно.

— Ради такого стоило весь день пахать как проклятой! — заявила мать.

— А вот не надо как проклятая. Нужно беречь себя.

— Угусь! Более не перетруждаюсь, — закивала та. — Да и начальник, козёл, устыдился и более не перегружает меня работой за двоих.

— Теперь даёт работы на полтора человека? — хмыкнул я, потому что начальник — это ИПшник, владелец небольшого предприятия. Жадный до ужаса, а также хитрый, как еврей в бандитском гетто, сумевший сделать там прибыльный бизнес.

— Да, — улыбнулась мама. — Ну и просит не увольняться, а уволиться с первой работы.

— Но зарплату поднимать до уровня первой работы он не хочет, да?

— Не хочет, — ответила мать.

— Жадность головного мозга крайней стадии. Это уже неизлечимо, — хмыкнул я.

— Ну, как знать. Если кинет меня на зарплату, то придётся ему отправиться на «принудительное лечение». Лет так на десять за махинацию с налогами и прочим. Сейчас с этим строго, а у него ой как много косяков… — невинно заулыбалась мама, а у самой словно рожки из чёрных волос торчат.

Вскоре я помыл посуду и занялся работой. Редактура, карточки товаров, проверка почты. И вдруг мне на клавиатуру сел кот. Прямо задницей на кнопки…

— Мяу? — строго спросил тот, а я посмотрел на окно.

— Что-то ты рано. И тихо, мать ещё не спит, — тихо ответил я и поставил на пол тарелку с половиной японской пиццы. Она большая, сытная, и, надеюсь, хватит.

Я вернулся к работе, но…

— Мяу?

— Ну что ещё? — вздыхал я, как вдруг услышал пыхтение, а через окно влетела фея, с трудом тащащая небольшую лису. И она… ранена! Да и у Чикки порез на животе!

— Кто вас так? — спросил я, хватая кицунэ.

Лиса тихо пискнула, и я уложил её на подоконник. Благо он тёплый. Но неважно, я принялся осматривать лису, и у неё на боку следы от когтей, и одна из лап кровоточит. Причём кровь была реальной и не испарялась…

— Негатив напал, слабый, но для Лиси хватило… — ответила Чикки, у которой на животе был порез. Тогда я сбегал в ванную и достал из-под неё баночку с мазью.