Книга Леди (не) против детектива. Дыхание фэйри, страница 86 – Элис Айт

— В чем подвох?

— В том, что у каждого человека тысячи предков вплоть до Адама и Евы, – ответила я. – Пробудиться рискует не только тот, кто знает язык, а все вместе. Ты бывал в Альберт-холле на каком-нибудь мероприятии? Представь, что вся эта прорва собравшихся там зрителей одновременно кричит на тебя, пытается перехватить над тобой власть, и все это происходит в твоей голове. Никто не собирается уступать и никто не хочет уходить.

— Маги не рвутся пробовать эти чары на себе, поэтому они до конца не исследованы, – добавила архивариус. – Очень долгое время совет вообще пытался их запретить, но всегда находился кто-то против. Впрочем, я не слышала, чтобы заклинание родовой крови официально применяли после эпохи королевы Елизаветы. Тогда к этому относились чуть проще – брали осужденных на смерть преступников и не спрашивали у них разрешения, а подвергали чарам насильно. Финал обычно бывал крайне печальный. Большинство умирало от шока на месте. Встречались и такие, кто сохранял рассудок, но неизвестно, насколько долго, ведь преступников все равно вешали через пару дней. И кто по прошествии времени начинал руководить телом – сам человек или кто-то из его более властных предков, тоже сложно сказать. Тогда никакой статистики не велось, а на смертников никто не хотел тратить лишнее время.

Джеймс потер переносицу.

— Перспективы у нас прекрасные, я понял.

— Жаль, что нам больше недоступен третий способ, самый простой, – вздохнула она.

— Какой? – не поняла я.

Миссис Мак-Аллан посмотрела на меня так удивленно, словно я не замечаю, что снег холодный.

— Фэйри, разумеется! Пришлось бы повозиться, чтобы поймать одного из них, но ради освобождения они обычно готовы на все. Конечно, и выворачиваются после заключения сделки они ловчее, чем угри в реке, но это в любом случае легче, чем на пару со спиритуалистом искать призрака, говорящего одновременно на диалекте валлийского и латыни. Ведь большинство фэйри живут намного дольше, чем люди, а некоторые вообще бессмертны. Какой-нибудь пожилой брауни вполне мог бы перевести для вас этот текст. При условии, что он умел бы читать, – задумавшись, скептически добавила она.

Мы с Джеймсом переглянулись. В глазах друга зажглась надежда.

Архивариус понятия не имела, что волшебный народец ушел в Тир-на-Ног далеко не весь. То, что они сами за нами охотились, немного облегчало задачу – не придется их искать. Правда, я не имела ни малейшего представления, как поймать злобного фэйри, который пытается тебя убить, и при этом остаться в живых. И как добиться, чтобы потом этот фэйри не побежал к Никневин и не выложил все, что прочитал?

И все же этот способ мне нравился значительно больше, чем перспектива применить на ком-то заклинание родовой крови.

В этот миг в соседнем зале раздались мужские голоса на повышенных тонах. Через плотно закрытую дверь было плохо слышно, что они говорят, но я могла поклясться, что это секретарь и тот самый мужчина, за которым мы последовали из коридора в архив.

Джеймс сделал шаг ко входу, напрягая слух. Лицо его резко изменилось.

— Дело плохо, Бет. Этот человек тебя узнал и пришел забрать тебя под стражу, а секретарь говорит ему, что в архив нельзя входить с големом. Что это вообще значит?

— О нет! – простонала миссис Мак-Аллан. – Этот идиот опять оживил голема!