Книга Последняя станция — море, страница 64 – Алисия Роуден

— Куда?

Отец посмотрел ей в глаза.

— К тебе.

Вера почувствовала резкую боль в висках.

Перед глазами вспыхнули картинки: красное пальто, мокрый бетон, руки брата, отцовский фонарь. Затем — дверь, которая медленно закрывается, и детский голос, кричащий из темноты.

Вера упала на колени.

Костя бросился к ней.

— Вера!

Она не слышала его.

Воспоминания обрушились на неё одно за другим. Она увидела, как отец ведёт их по старой платформе. Как Костя бежит вперёд. Как она сама замечает открытую дверь и слышит изнутри голос матери. Как отец кричит, чтобы она не подходила.

Но она подходит.

Потому что ей кажется, что за дверью действительно стоит мать.

Потому что она хочет вернуться домой.

Потому что она хочет, чтобы всё снова стало как раньше.

И потому что в тот момент она ещё не знает, что некоторые двери открываются только один раз.

Вера закричала.

Отец опустился рядом и обнял её.

— Всё, Верочка. Всё. Ты вспомнила.

Она вцепилась в его куртку.

— Я открыла дверь.

— Да.

— Из-за меня Костя остался здесь.

— Нет.

— Я пошла за ним!

— Ты была ребёнком.

— Но я пошла!

Отец крепче прижал её к себе.

— И я должен был удержать тебя. Я должен был понять, что ты не сможешь остаться одна. Это моя ошибка, Вера. Не твоя.

Она плакала, не пытаясь сдерживаться.

Семнадцать лет она жила с ощущением, что отец бросил её. Теперь выяснялось, что она сама однажды попыталась спасти брата и не смогла. А отец остался на линии, потому что не сумел вернуть обоих детей.

Ни один из них не был виноват так, как она привыкла думать.

Но от этого не становилось легче.

Когда Вера наконец успокоилась, отец помог ей подняться.

— Нам нужно уходить, — сказал он.

— Куда?

— К последнему семафору.

Она посмотрела на море.

— Мы ведь уже прошли его.

— Нет. Мы прошли только внешний пост. Настоящий семафор находится дальше.

— И что там?

Отец посмотрел на фонарь.

— Там решается, кто вернётся.

Вера вытерла лицо рукавом.

— Я хочу, чтобы вернулись все.

— Тогда тебе придётся понять, что значит «все».

Он повернулся к Косте.

— А ты должен вспомнить, почему согласился остаться.

Костя побледнел.

— Я не соглашался.

— Соглашался.

— Я был ребёнком!

— Я знаю.

Костя отступил.

— Нет. Я не хочу этого помнить.

Вера подошла к нему и взяла за руку.

— Я тоже не хотела. Но теперь мы знаем, что произошло. И если хотим выбраться, нам нужно идти дальше.

Костя посмотрел на неё.

— А если там окажется что-то ещё?

Вера посмотрела на море.

— Тогда мы узнаем это вместе.

Они вернулись к двери, ведущей в тоннель. На стене рядом с ней больше не было надписи «Станция Море». Вместо неё появились слова:

МАРШРУТ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

Вера достала билет.

На нём стояла новая отметка:

ПАССАЖИР № 14. ВОСПОМИНАНИЕ ВОССТАНОВЛЕНО.

Под ней появилась ещё одна строка:

ПАССАЖИР № 13. ПРАВО НА ВОЗВРАЩЕНИЕ ПОДТВЕРЖДЕНО.

Вера посмотрела на Костю.

— Значит, ты тоже можешь вернуться.

Он не ответил.

Вера убрала билет в карман и подняла фонарь.

— Пойдём.

Они вошли в тоннель.

За их спинами море продолжало шуметь, но теперь Вера слышала в этом шуме не угрозу, а что-то знакомое. Будто где-то далеко, за пределами линии, кто-то звал её домой.

Она не знала, что ждёт их впереди. Не знала, удастся ли вернуть отца и брата, и не знала, сколько ещё воспоминаний придётся пережить, чтобы добраться до конца маршрута.