Книга Последняя станция — море, страница 56 – Алисия Роуден

— Девочка не должна была вернуться, — сказал человек в сером пальто.

Проводник снял фуражку и положил её на стол.

— Она вернулась семнадцать лет назад.

— Я не о том возвращении.

— Тогда о каком?

Человек наклонился к журналу.

— О сегодняшнем.

Вера почувствовала, как Костя сжал её плечо.

— Она открыла переход, — продолжил незнакомец. — Значит, теперь должна его закрыть.

— Это невозможно без пассажира номер тринадцать.

— Пассажир номер тринадцать уже здесь.

Проводник медленно поднял голову.

— Вы уверены?

— Я видел её.

Вера отступила от сетки.

Она не хотела слышать больше. Не потому, что боялась, а потому, что впервые за всю поездку получила достаточно информации, чтобы понять направление. Они должны были найти способ закрыть переход, и сделать это можно было только на станции «Море».

Но кто-то уже знал, что она вернулась.

— Пойдём, — прошептала она.

Костя кивнул.

Они спустились обратно в канал и двинулись в противоположную сторону. Через несколько минут вода стала глубже. Вера почувствовала, как холод проникает через обувь, и остановилась, чтобы проверить фонарь.

Голубой огонь снова загорелся.

На этот раз он светил не вперёд, а вниз.

Вера опустила фонарь к воде и увидела на дне тонкую металлическую пластину. Она подняла её. На пластине была выгравирована схема железнодорожной линии с четырьмя ответвлениями.

Одно из них вело к станции «Море».

Другое — к станции «Возвращение».

Третье — к депо, откуда отправился поезд.

Четвёртое не имело названия.

Рядом с ним стоял маленький знак, похожий на волну.

— Карта, — сказал Костя.

— Нет. Скорее схема переходов.

Вера перевернула пластину. На обратной стороне была надпись:

Если линия открыта, море помнит. Если линия закрыта, море забывает.

Она прочитала слова вслух.

Костя нахмурился.

— Значит, если мы закроем линию, никто не вспомнит, что здесь было?

— Возможно.

— И отец тоже?

Вера не ответила.

Она убрала пластину в сумку рядом с баночкой.

Теперь у них было два предмета, которые явно оставил кто-то, знавший о линии больше, чем проводник. Вера не понимала, кто именно. Возможно, её отец. Возможно, та женщина, которая называла себя ею. А возможно, человек в сером пальто, которого она видела на платформе.

Но одно было ясно: карта указывала путь дальше.

Они дошли до конца канала и нашли лестницу, ведущую наверх. Вера толкнула крышку и оказалась в небольшом техническом помещении. За стеной шумел ветер. Она прислушалась, убедилась, что поблизости никого нет, и выбралась наружу.

Они находились за зданием метеостанции.

Небо посветлело. Море лежало перед ними, тяжёлое и серое, а далеко на горизонте виднелась линия разрушенного моста. Ветер трепал сухую траву, росшую между камнями.

Вера достала карту.

Ответвление без названия указывало на место к северу от станции. Там, судя по схеме, должен был находиться старый железнодорожный тоннель, который не отмечался ни на одной современной карте.

— Нам туда, — сказала она.

Костя посмотрел на берег.

— А поезд?

Вера обернулась.

За зданием, вдалеке, виднелась платформа. Поезд стоял на месте, и в его окнах горел тёплый свет.

— Он подождёт.

— Откуда ты знаешь?

— Не знаю.

Она поправила ремень сумки.

— Но если мы будем каждый раз возвращаться к нему, то никогда не доберёмся до моря.

Костя кивнул.