Книга Клуб четырёх теней, страница 93 – Валери Рэм

— Я не был ребенком тогда.

И они понимают, о чем идет речь. Или, скорее, о ком.

— Для меня ты всегда им будешь. Я просто… не уследила.

Марка словно пробивает током. Она пытается извиниться? Он часто представлял этот момент, думал. И вот теперь это оказывается реальностью. Но что он чувствует? Не облегчение, нет. Вину. Стыд. Марк боится себя, потому что он — разрушительная сила, которая топчет чувства людей. И да, он будет повторять себе это из раза в раз.

Мать смотрит в окно, улыбаясь.

— Такая прекрасная погода. Я совсем забыла, что это такое. А теперь… чувствую. Как ты думаешь, он бы разделил со мной такую маленькую радость?

И снова про отца. Марк держит себя в руках, потому что он хочет перевернуть этот стол, разгромить все вокруг и уйти. Он не желает слушать про отца.

— Прости… Это было лишнее.

Она словно прочитала его мысли. Он оживляется. Марк дрожит всем телом, коленки трясутся под столом, он сцепляет руки в замок.

— Когда его не стало, я видела, как ты менялся. И думала, что лучшее решение — промолчать, не тревожить тебя. Но именно тогда нужно было быть рядом. Живые с нами, здесь. А мертвых уже не вернуть.

— Почему ты мне это говоришь? — спрашивает Марк.

— Ты стал жестче, чем нужно. Ты просто хочешь… выжить. Но помни: выживание — это не жизнь.

А что тогда жизнь? Как принять себя и начать жить полноценно? Марк выдыхает и тоже смотрит в окно. Деревья почти покрылись листвой, пациенты гуляют со своими родственниками или просто сидят на скамейке, наслаждаясь приближающимся летом. Марк хотел бы также: не думать ни о чем, а просто существовать. Хотя, может сейчас это и происходит? Тогда что ему делать, чтобы начать действовать?

И тут из Марка вырывается:

— Мама… Я устал. Очень.

Он закрывает лицо ладонями и мотает головой. Он сорвался. Показывает свои чувства. И это происходит не на глазах у матери, которая находится в полубреду.

— Марк… — ее голос дрожит, Марк чувствует, как она касается его руки и сжимает ее. — Чем я могу помочь?

— Как мне быть?

Она ведь даже не знает, что происходит в его жизни. Но тем не менее, мать начинает серьезно говорить:

— Будь собой. Будь настоящим. Не прячься за маской. Тебе это не к лицу.

— Я ушел от друзей. Сделал больно девушке, которую люблю. И…

Он чуть не проболтался о самом главном. Губы матери трогает едва заметная улыбка, она размеренно произносит:

— Никогда не поздно начать заново. Ты сам вершитель свой судьбы. И друзья, которые рядом с тобой, поймут тебя. Главное — сделать шаг. А остальное — за малым.

Только сделать шаг. Но это больно, это тяжело, невыносимо до трескающихся ребер.

— Я люблю тебя, Марк.

Он вздрагивает. И накрывает ее ладонь своей, смотрит в глаза. Неужели в этом мире появляется та опора, в которой он так нуждался? Он потерял все, но надежда еще есть. Она рядом, она поправляется, она… помнит.

— И я.

Марку иногда кажется, что он превращается в Влада. Такого же странника, который не может найти себя в жизни. Он скитается по улицам, слушая музыку, беспробудно спит больше положенного. Встает в обед, засыпает под утро. Алкоголь больше не спасает. Да ему это больше и не нужно.

Однажды, возвращаясь домой, он замечает в почтовом ящике письмо. От Вари. Наверное, она боится его тревожить, поэтому пошла другим путем. Он приложил конверт к губам, вдыхая запах Вари. Да, пахнет ее цветочными духами.