Книга Энциклопедия Человеческого Д***изма. Без согласования, страница 11 – Вадим Мартовский

Алексей набрал:

«А если просто купить новый?»

Ответ пришёл почти сразу:

«Вот с этого обычно всё и начинается».

Глава 3. Бежевый фронт

В НИИ давно стоял старый чайник, который бил сотрудников током, но бил не всегда. В этом и была его главная административная проблема. Если бы бил всегда, его можно было бы признать неисправным. Но чайник действовал выборочно: кого-то жалил при касании корпуса, кого-то — когда тот наливал воду. Чаще всего — тех, кто спешил.

Новый чайник пытались купить почти год. Сначала бухгалтерия вернула заявку: не было обоснования срочности. Потом электрик написал, что чайник не является частью электросети. Потом закупки нашли поставщика, но тот не прошёл проверку благонадёжности. После этого выяснилось, что выбранная модель слишком дорогая для мелкой бытовой техники и слишком дешёвая для оборудования.

Старый чайник продолжал стоять на подоконнике. На нём висела ламинированная табличка:«ВНИМАНИЕ. КОРПУС МОЖЕТ НАХОДИТЬСЯ ПОД НАПРЯЖЕНИЕМ".Ниже, от руки: «КАК И ВЕСЬ ИНСТИТУТ". Эту надпись пытались стереть. Она плохо оттиралась.

Лидия Аркадьевна читала отчёт Алексея молча.

Он сидел напротив её стола и смотрел на папку с зелёной наклейкой:

КЕЙС № 1147

НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ УКРЕПЛЕНИЕ НЕСУЩЕЙ КОНСТРУКЦИИ

— В целом неплохо, — сказала Лидия Аркадьевна.

Алексей выпрямился.

— Но?

— Слишком много человека.

— Там был человек.

— Алексей, в каждом кейсе есть человек. Иначе мы бы работали с мебелью.

— Иногда мебель безопаснее.

Лидия Аркадьевна перелистнула страницу.

— Вот здесь: «Субъект воспринимал отсутствие ответа как личное доказательство того, что его оставили один на один с угрозой». Это точное наблюдение. Но для отчёта оно слишком окончательное.

— Он сорок два раза писал в управляющую компанию.

— И это отражено.

— Где?

— «Длительное обращение в ответственные структуры».

— Это не то же самое.

— Конечно не то же самое. Поэтому это можно утвердить.

Алексей посмотрел на неё.

— А если его действительно бросили?

Лидия Аркадьевна сняла очки.

— Вы пришли сюда работать с реальностью или побеждать её в споре?

— А это разные вещи? — спросил Алексей.

— Почти всегда.

Лидия Аркадьевна положила очки рядом с чашкой.

— Реальность не обязана быть справедливой. Особенно если вы описываете её в отчёте. Отчёт не должен наказывать управляющую компанию и оправдывать Сергея Петровича.

— А если одна сторона годами ничего не делала, а вторая почти уронила балкон людям на головы?

— Тогда мы так и пишем: «Сочетание длительного институционального бездействия и несогласованной компенсаторной активности привело к повышению инфраструктурного риска».

— Вы сейчас сказали, что все виноваты.

— Нет. Я сказала, что вина не является предметом нашего анализа.

— А что предмет?

— Повторяемость.

Она развернула к нему лист с правками.

— Нам важно не выяснить, кто в этой истории плохой. Нам важно понять, почему в тысячах похожих историй один человек в какой-то момент берёт дрель, арматуру и решает, что он теперь инженер.

— Потому что ему не отвечают.

— Иногда. Иногда потому, что он любит дрель. Иногда потому, что его отец всё чинил сам. Иногда потому, что он не выносит ощущения беспомощности. Иногда потому, что его сосед сказал: «Да ты никогда не сделаешь». Люди редко делают одно и то же по одной причине.