Книга Да, мой король, страница 159 – Елена Михалёва

Но Джования уже не слышала этих слов.

Осень незаметно вступила в свои права. Позолотила первые листья. Бросила их шуршащим, сухим ковром на дороги. И погнала в пронзительно-синюю даль кучевые облака. А листья, влекомые стылым ветром, с шелестом силились убежать за ними, но лишь прилипали к колёсам экипажей да крошились под конскими копытами. Осень обещала стать яркой и спокойной в этом году.

Спустя почти месяц делегация Солверина отбыла на родину. Конечно, дворяне задержались в гостях. Но после обряда обручения маленькие жених и невеста стали просто неразлучны, а взрослые не рискнули разделять их столь скоро. Вместо этого старшие предпочли заняться заключением новых торговых и дипломатических соглашений, дабы не терять время даром.

Королева Джования от «короля» почти не отходила. Делегаты от Солверина сочли, что это норма в семье Хальбургов. И лишь леди Босуорт понимала истинную причину такого поведения. Однако, новых встреч с Ричардом она не искала, потому что не хотела привлекать к их отношениям лишнего внимания.

Они попрощались в самой официальной манере на глазах свидетелей, но их взгляды сказали гораздо больше любых слов. Оба понимали, что желают друг другу лишь счастья и безопасного разрешения всех проблем. И оба осознавали, что это, возможно, их последняя встреча.

Ричард мысленно пообещал, что напишет Аннелин в скором времени.

Она мысленно велела ему беречь себя.

А потом они расстались. И каждый унёс в своём сердце частичку особенно светлого чувства к другому.

За время пребывания послов, к счастью, не случилось ничего плохого. Но стоило кораблю под флагом Солверина покинуть порт Линдена, как началось самое интересное.

Первыми пришли отчёты о том, что строительство канала в Нижнем Оттенберге начато весьма удачно. Работы идут согласно графику. Рабочие довольны условиями труда, а граф фон Лоренц и его молодая супруга передают свои наилучшие пожелания королю.

Вторым поступило сообщение от городского совета о том, что большая часть реконструкции завершена, а строительство и заселение Лихтендорфа ведётся по плану с совершенно незначительной задержкой в пару-тройку дней.

Затем господин Гантер и другие придворные лекари собрали врачебный консилиум, дабы обсудить состояние герцога Зоммерштерна. После тщательного осмотра и длительных обсуждений ему было разрешено вновь садиться на лошадь и возобновлять физические упражнения по утрам, в том числе заниматься фехтованием. Жизнь королевского гоффмейстера, к счастью, оказалась вне опасности.

Но на том благие вести, увы завершились. Настал черёд трагедии.

Одним особенно промозглым утром прискакал гонец со срочным донесением из Тиваля. Новое восстание развернулось прямо в Тиве. Толпа разъярённых горожан потребовала ответа от Хальбургов за то, что строительство канала началось в зиму, и многие работники вместо того, чтобы собирать урожаи и делать заготовки, умчались на заработки в Нижний Оттенберг. Оставшиеся не справлялись. И люди как никогда боялись голода. Но, к несчастью, единственным Хальбургом в поле зрения оказался младший брат Фердинанда, пятнадцатилетний Маркус Отто. Когда он возвращался после посещения местного храма, разъярённая толпа напала на него. Немногочисленных стражников искалечили, а юного Маркуса пырнули ножом в живот. Мальчик умер спустя сутки от внутреннего кровотечения.