Книга Да, мой король, страница 115 – Елена Михалёва

Но ещё более ему нравились те ночи, когда они приходили друг к другу и оставались до утра. Обычно пару раз в неделю. Но Ричарду казалось, что Джо хотела бы видеться чаще, только вот не желала проявлять излишнюю слабость. Он уж точно хотел бы, но играл в ту же игру, что и она: чинно и сдержанно проявляя нежные чувства на людях, делая вид, что их страсть не более, чем необходимость… и нуждаясь всё острее в моментах их сладостной взаимной близости.

Джо рушила все его внутренние стены, стоило им остаться наедине. Стирала ощущение реальности. И не оставляла ничего, кроме желания обладать ею. Так долго, насколько хватит сил у них обоих. Чтобы потом, едва дыша, лежать в объятиях друг друга среди измятых простыней. Чтобы целовать её руки и ловить нежные, довольные вздохи. Именно в такие моменты он чувствовал себя совершенно счастливым.

Но когда Джования и Маргарита оказывались вместе в одной комнате, ему хотелось умереть на месте. Увы, такое случалось весьма часто.

Он бы и за ужином наверняка пустился в неприятные размышления, если бы не внезапная оказия.

Двери в белую столовую распахнулись, впуская Фердинанда.

— Герцог Тивальский Фердинанд Хальбург! – запоздало возвестил лакей.

Но королевский кузен уже шёл широкими шагами прямо к столу. На его лиственно-зелёном дублете красовались тёмные пятна – первые капли дождя, который начался снаружи. Герцог спешил. И явно пребывал в ярости. Его красивое лицо оказалось буквально перекошено от негодования.

— Вильгельм, что происходит? – без приветствий выпалил он на ходу.

Разговор за столом тотчас прекратился. Джования нахмурилась, недовольная столь непочтительным поведением со стороны родственника. Даже девочки перестали жевать свои вареники и воззрились на двоюродного дядюшку.

Но Ричард лишь молча приподнял брови, выражая удивление.

— Сначала мне доложили, что якобы за дерзость ты решил наказать барона Харольда, – герцог Тивальский остановился перед королём, который восседал во главе стола. – Ты дал ему выбор: отдать земли церкви или на год удвоить его земельный налог. Конечно, он выбрал второе. Но, Вильгельм! – его голубые глаза сверкали гневом. – Я только что из города, где на территории моего работного дома по приказу короля открывают какую-то биржу труда. Объяснись, кузен, будь любезен, что за очередная блажь на тебя нашла? Я всё терпел, – Фердинанд бросил беглый взгляд в сторону Альберта. – Но должен же быть предел. Это тянет на претензии лично в мой адрес! Чем я тебя обидел?

«Вильгельм» промокнул губы салфеткой и нарочно медленно отложил её в сторону прежде, чем ответил совершенно спокойным тоном:

— Твой барон – редкостная свинья. Если ты не станешь воспитывать своих вассалов, за это возьмусь я лично. Это первое, – монарх откинулся на высокую спинку своего кресла и продолжил, глядя прямо на кузена: – Второе. Здание работного дома принадлежит не тебе, а короне. И я действительно отдал такое распоряжение. Биржа труда – эффективный способ нанимателям и работникам быстро найти друг друга.

Фердинанд коротко фыркнул.

— Не поможет. Эти пьянчуги слишком ленивы. Напрасная трата денег, – он поджал губы.

Герцог Хальбург встретился глазами с суровым взором своего короля. Вильгельм глядел на него с неприкрытым осуждением. От этого взора только что пылавший негодованием Фердинанд слегка стушевался.