Книга Песня смерти, страница 52 – Денис Громов

Ага, вот оно значит что: я слышал эту фамилию! Точнее видел. На долговых расписках, найденных в сарайчике. Интересно-интересно.

— А тут, ты знаешь, — продолжил свой монолог Квасов. — Этот гад потребовал у меня в качестве уплаты долга одну из моих дочерей. Представляешь? Меня, дворянина, заставляет отдать дочь какой-то безродный ростовщик!

— А наказать его ни как нельзя? — Попробовал я закинуть удочку. Мне как бы тоже не мешало от его долгов избавиться.

— Ааа, да у него вся власть куплена. — Отмахнулся Илья Ильич. — И на дуэль его не вызовешь. Простолюдин.

— А вы смогли бы? — С сомнением я оглядел несколько заплывшую жирком фигуру своего собеседника и долго смотрел на его лысую голову, покрытую очень редким ворсом из седых волос.

— Я? Да я б его одной левой! — Для демонстрации своих возможностей Квасов показал мне почему-то правый кулак. Э, братец, да ты уже налакался! Неужели меня так ждал-томился, что постоянно к графинчику прикладывался? — Слушай, а может ты решишь мою проблему с долгами?

Последнюю фразу Ильич проговорил тихо, заговорщически подмигнув мне.

— А я тебе за это дочку свою отдам! Ты ж все равно к Марыське приглядывался. А? Как тебе такое предложение?

— И что вы мне предлагаете сделать? — Спросил я чисто наобум, чтобы видеть хотя бы возможные варианты решения проблемы.

— А вот не знаю. Если бы все было так просто. Его даже убить нельзя — все долги перейдут другому владельцу расписок.

— А выкрасть их? — Прощупал я другое направление.

— А смысл? Он себе еще напечатает. Все равно у нотариуса все бумаги заверены и копии у государевых людей хранятся.

— Я посмотрю, что можно сделать. — Нейтрально ответил я, некоторое время поразмышляв над этим вопросом. Хрен его знает, как этот долг замять можно. Да и дочка мне его не особо нужна. Мне бы, в первую очередь, свои долги списать. — А какой долг у вас, если не секрет?

— А это уже не твоего ума дело. — Весьма дерзко ответил мне хозяин и упал лицом в стол. Не понял, это его вырубило так?

— Э! — Потеребил я его за лысую голову. — Мы не договорили!

Блин, и как мне тут дела делать? У меня к нему еще куча вопросов.

— Олеженька, ты извини, устал барин сильно. — К столу подплыла хозяйка. Не знаю ее имени. — Трошка, неси барина в опочивальню!

«Нажрался скотина!», хотел было выдать я, но почувствовал, что меня несколько повело. С чего вдруг? Сколько там я рюмок выпил? Пять? Так это ж фигня!

Ага, это почти без закуски. А еще надо учитывать, что нынешний мой организм не чета моему прошлому, который мог в одну харю целый пузырь водки выжрать. Знаю, гордиться нечем, но как мерило крепости организма, пойдет.

— Олеженька, если ты устал, иди в спальню, прикорни часок.

Я посмотрел на небо. Мда, солнце только недавно зенит миновало, какой нахрен спать? А с другой стороны, что-то меня и правда разморило. Пожалуй, прилягу.

Я встал из-за стола и пошатываясь поплелся за хозяйкой дома. Дошел до указанного помещения и не дойдя трех метров до массивной такой кровати с балдахинами, упал прямо на деревянный пол.

Добро пожаловать на вписку

Очнулся я от того, что моя промежность испытывала какое-то странное ощущение. Связанное, в первую очередь, с трением.

С трудом приоткрыл глаза. Лежу на той самой кровати, до которой так и не добрался. За окном темно, в помещении горят многочисленные свечи. Так, а это что у нас? Руки связаны. Как и ноги. Причем и те и другие привязаны веревками к столбикам кровати.