Книга Любимый плут, страница 12 – Кэролайн Линден

— Я понял, — вежливо ответил он поверенному.

Капитан продолжал едва ли не интимно беседовать с герцогиней, то и дело поднимая плечи, когда наклонялся к ней, в то время как Макс барабанил пальцами по бедру. От этой его постоянной нервной привычки бархат в этом месте основательно вытерся. Интересно, что с таким пылом капитан пытается выведать у старухи?

Макс не мог избавиться от ощущения, что этот вояка намерен перебежать ему дорогу. Но зачем? Ведь герцогиня сказала несколько минут назад, что капитан стоит ближе в ряду родственников, чем Макс, и это ничем не изменить, он уже в обойме. Так зачем напрягаться.

Впрочем, если герцогиня одобрит выбор капитана для женитьбы, тогда это добавит ему преимущества. Именно этого он добивается? Полторы тысячи в год — весьма существенный куш, целое состояние, по меркам Макса, — но для хозяйки Карлайла это просто мелочь.

— Она что, намерена нам и жен подобрать? — пробормотал Макс так, чтобы слышал только поверенный.

Мистер Эдвардс воспринял эти слова болезненно:

— Вообще-то нет, конечно… Но вы ведь не собираетесь жениться на актрисе или на куртизанке?

— Не собираюсь, — усмехнулся Макс, дабы успокоить беднягу: ведь тот именно этого от него и ожидал.

Его взгляд опять переметнулся к капитану. Тот с таким отчаянием хотел добиться одобрения герцогини, что уже не скрывал этого.

Макс инстинктивно отказывался следовать его примеру. Герцогиня уже решила для себя, что он ни на что не годен и принимать правильные решения не способен. Если капитан, который явно нравился ей больше, позволит герцогине сесть ему на шею, тогда она станет думать, что и Макс поддается дрессировке.

Только Макс не из тех, кто позволяет им манипулировать, дергать, как куклу, за ниточки.

Но, возможно, — кто знает?… — есть шанс избавиться от таких ниточек раз и навсегда.

Вот уже почти шестьдесят лет на гончарной фабрике у подножия Марслип-Хилла семья Тейт занималась производством фарфора. Это было уважаемое семейное дело. Каждое новое поколение детей знакомили со всеми особенностями производства, чтобы они могли понять, где использовать себя с большей эффективностью. В жены брали девушек из соседних семейств, которые понимали, что их ожидает в будущем, и гордились возможностью породниться с Тейтами.

Как и на других семейных предприятиях, каждое поколение Тейтов желало, чтобы их сыновья принимали участие в работе, а потом в конце концов брали производство на себя. Именно так и происходило в течение трех поколений, но у нынешнего владельца, Сэмюела Тейта, сыновей не было, только две дочери. И пусть он всем сердцем любил их обеих, ему никогда не хотелось иметь сыновей так, как сегодня, в середине горячего спора и не с одной из дочерей, а с двумя одновременно.

— Папа! — Бианка была вне себя от злости. — Ты сходишь с ума!

— Ничуть, — возразил он. — Это прекрасная идея, которая понравится нам всем.

— Понравится тебе! — отрезала дочь. — Но не Кэти! Ты пытаешься разрушить ее жизнь!

Они вместе повернулись к старшей сестре, которая, надувшись, молча сидела на всем протяжении спора. Под их взглядами ее большие голубые глаза наполнились слезами, которые потекли вниз по розовой щечке, словно ведомые кистью художника.

— Нет, Би, — запротестовала она голосом, дрожавшим от слез. — Это все-таки слишком…