Книга Любимый плут, страница 117 – Кэролайн Линден

Лоренс рассказал ему, что вчера какой-то мужчина пялился на магазин в Чипсайде, когда Бианка была там. Она его видела, но Лоренсу разглядеть его не удалось, только издалека. И это лишь усилило подозрения, что Кроуч в городе и это вполне мог быть он.

Чем все закончится, он даже предположить не мог, а потому ему еще сильнее захотелось поскорее уехать.

— Ну… — Бианка откашлялась. — Хорошо. Если вы так хотите…

Макс взял ее руку и поцеловал:

— Конечно, хочу, причем самым страстным образом.

Она опять покраснела, но Макс вздохнул с облегчением. Какие бы намерения ни были у Кроуча, он пальцем не коснется его жены.

Бианка ожидала, что дом герцога ослепит роскошью и поразит воображение, но Уимборн-хаус ее буквально ошеломил.

Это был скорее дворец, чем дом. Неподалеку протекала река, а за особняком был разбит огромный парк, где имелся собственный причал. Бианке с огромным трудом удавалось не поддаваться очарованию и не вскрикивать от восторга, пока их вели к гостиной. Это небольшая комната оказалась такой красоты, что она с трудом поверила своим глазам, о чем и сказала тут же шепотом Максу.

— Подождите, пока не увидите весь особняк, — ответил он.

И оказался прав. Бианка едва сдерживалась, чтобы не ахать от восхищения при виде произведений искусства, роскошной мебели с шелковой обивкой и плюшевых ковров. Пол был выложен мрамором, а каминную полку украшали скульптуры, каких она никогда не видела. И только перехватив свое отражение в высоком с золоченой рамой зеркале, поняла, насколько удивленной — если не ошарашенной — выглядит.

В гостиную вошел герцог собственной персоной и, потирая руки, воскликнул:

— Сент-Джеймс! Вот и ты, наконец!

— Ваша светлость… — Макс склонился в почтительном поклоне.

Бианка последовала за ним, присев в реверансе так низко, что почти коснулась коленом пола.

Герцог рассмеялся и по-приятельски ткнул Макса кулаком в плечо. К удивлению Бианки, он был примерно одних лет с Максом и держался так, словно они вместе выросли и вместе безобразничали. Высокий и худой, он не отличался красотой. Одежда, хоть и несравненного качества, болталась на нем, словно ее сшили на вырост. И при всем при этом излучал обаяние.

— Представь мне свою даму.

Макс вывел Бианку вперед.

— Моя жена миссис Сент-Джеймс, ваша светлость.

— Вы очаровательны! — Уимборн окинул ее дружелюбным взглядом. — Рад знакомству, мадам.

— Благодарю вас, сэр, — ответила Бианка. — Для меня великая честь быть представленной вам.

Вскинув брови, Уимборн подошел к дивану, уселся и с улыбкой продолжил:

— Ну, что, давайте посмотрим на фарфор, который чуть не заставил рыдать леди Долуэй.

Макс распорядился, чтобы Лоренс вынес выложенную бархатом коробку, которая предназначалась специально для показа образцов продукции Перузии.

Теперь Бианка поняла, почему Макс использовал именно бархат. В этой гостиной, такой роскошной, что в ней могли бы обитать ангелы, даже самая изысканная посуда потеряла бы свою прелесть, не будь представленной на бархате цвета слоновой кости, как редкая драгоценность, которую впервые открыли миру. Алая глазурь на рюмках для яиц сияла текучими рубинами на светлом материале. Макс торжественно поднял тяжелый сосуд в виде ладьи, словно представлял священную реликвию. Золотой ободок тут же пустил во все стороны лучи при солнечном свете. Тарелка за тарелкой, чаша за чашей… Макс расставил полный набор посуды на две персоны на полированном столике, потом добавил чайник, чашки на блюдцах с рифленым ободком, а закончил изящным сосудом в форме колокольчика, который поддерживали три нимфы, украшенные гирляндами из цветов и плюща.