Книга Зимние Боги и Змеи, страница 96 – Венди Хейсс

— С чего ты решил, что Сайлас позволит двум адриатийцам войти в его двор?

Я остановился. Она была права. Он построил эту стену не только чтобы наши королевства держались подальше друг от друга, а ещё сильнее чтобы мы держались подальше от его. Но теперь мы должны были стать союзниками, и если он мог доверить свою дочь жизни в нашем королевстве, отказать нашей просьбе было бы слишком враждебно.

— Позволит.

Я ушёл, и Мал яростно двинулся за мной. Я знал, что он отреагирует именно так, но отказаться он не сможет, потому что не позволит мне отправиться на земли Исийорда одному.

— Это ведь не ради её защиты, да?

— Воображение разыгралось на старости лет?

Он коротко, безрадостно рассмеялся.

— Значит, я был прав.

— В чём?

Он лишь выдохнул с раздражением и замолчал.

Мал не сказал ни слова, пока мы шли к таверне внизу города, куда ходили с тех пор, как стали достаточно взрослыми, чтобы удерживать выпивку. Солнце почти утонуло за горизонтом, бросая лиловую тень на каменные улицы. В квадратных каменных домах, выстроенных в безупречной симметрии, мерцал свет свечей. Дети бежали за кожаным мячом, их крики и радостный шум наполняли оживлённую улицу. Идеальный адриатийский вечер. Ночью город становился живее. Мы поклонялись тьме, наши земли росли под лунным светом, а тени ночью темнели и становились больше. Именно тогда наши Аура были сильнее всего. Эмпаты видели эмоциональные тени ярче, выцветание давалось быстрее и легче для жизненной силы, а телепатическая связь становилась крепче. Для нас воздух ночью становился слаще.

Мы прошли к нашему обычному месту. Пол дрожал от музыки и танцев, которыми наш народ наслаждался без меры.

— Похоже, ты и правда спятил, Кил. Старость тебе не к лицу, — сказал он, отпив из чаши и наконец нарушив тишину между нами. — Если это твой план изучить Исийорд, ты ошибаешься. Сайлас не подпустит нас ни к одному из своих драгоценных секретов. Неважно, какое между нами соглашение. Для него мы всё ещё враги. Не говоря уже о ней.

Вот она, его настоящая тревога. Она.

— Только чтобы защитить соглашение, — сказал я полуправду. Мне было любопытно увидеть Исийорд, и это был отличный шанс исследовать его бесконечные земли.

— Ты хотел сказать, принцессу?

— Одно и то же.

Его тени укрылись подозрением и неверием. Он откинулся на стуле и поднял чашу.

— Что ж, выпьем за принцессу и за страдающих ублюдков, которых она из нас сделает.

— Я думал, она тебе нравится.

— Мне нравится быть страдающим ублюдком для красивой женщины. Тем более красивой женщины с мечом.

Я фыркнул.

— Она скорее насадит твою голову на пику.

Он блаженно вздохнул, откинулся на спинку и подмигнул мне.

— Звучит волнующе.

Я поперхнулся напитком.

— Ты отвратителен, брат.

Через два дня Исийорд ответил на нашу просьбу и разрешил сопровождать принцессу до свадьбы. Я ожидал такого ответа, но странным образом он всё равно застал меня врасплох.

Когда мы сообщили совету о нашем отъезде, они были поражены скорее собой, чем нами, потому что дали нам разрешение войти в Исийорд, рассчитывая, что Сайлас пришлёт отказ. Они спорили целый вечер и пытались запретить нам уезжать, но прошлой ночью мы попрощались.

По словам стражей у стены, дорога до Тенеброза занимала целый день. Мы покинули Амарис перед рассветом, отдохнувшие, одетые и плотно собранные в дорогу. Адриата была тёплым королевством. Мы никогда не знали суровой погоды, зимы, снега или ледяных земель. Для меня и Мала это было будто вход в новое царство. Наш отец много раз бывал в Исийорде, но никогда не брал с собой ни меня, ни Мала. Вскоре после того, как мы стали достаточно взрослыми для дальних поездок, он умер, а потом был заключён договор Высокой Стены.