Книга Зимние Боги и Змеи, страница 365 – Венди Хейсс

Он снова улыбнулся.

— Мирдур это Олимпия. Мирдур снова стал Олимпией, — даже вслух это звучало невероятно.

— Сколько их кораблей мы забрали? — спросила я, направляясь к своим покоям.

— Тридцать два. Все стоят на севере, в Драве, в порту моего отца. Он что-нибудь заподозрил?

— При нынешних проблемах с Соларией? Ничего.

— Когда ты сказала, что нам не придётся строить корабли, я не думал, что мы их украдём. Остроумно, но тревожно.

Наши земли были суровыми и гористыми. На заготовку прочной древесины, строительство кораблей и их доставку к единственному подходящему месту для порта ушли бы месяцы, если не годы, а это место находилось на самом севере. Всё побережье состояло из высоких утёсов. Они прекрасно мешали незваным гостям высадиться и обнаружить Новую Олимпию, но столь же надёжно не позволяли нам разместить собственный флот. А для войны флот необходим. В тот первый день в Грасмере меня осенила блестящая мысль. Моряки говорили, что здесь растёт самая прочная и лучшая древесина на континенте, а у отца её было вдоволь. Никто ничего не заподозрил бы, особенно из-за всей разыгранной нами истории с Соларией. Пока я крала его корабли, Малена падала, а вскоре должен был пасть и Грасмер.

— Ты хорошо меня научил, старик.

— Нет уж, не смей сваливать это на меня, — с неподдельной обидой сказал он, и я рассмеялась.

— Созови племенных вождей на совет и готовь солдат к сражению. Мы отправляемся в Адриату. Ния и Кай уже там, — сказала я, стягивая с себя платье, пропитанное кровью и морской водой.

После того как Мемфис вытащила меня из вод Адриаты, она доставила меня сюда. Здесь я встретила Нию и Кая, обезумевших от тревоги и разыскивающих меня после исчезновения в Адриате. Коротко объяснив случившееся, я велела им отправляться туда, где Исийорд собирался развязать битву, и помочь Килиану. При упоминании его имени оба идиота посмотрели на меня так странно, что мне пришлось собрать всю оставшуюся волю, чтобы не закатить глаза.

— Битва? Я думал, мы не станем захватывать Адриату, пока не разберёмся с Сайласом.

— Моего мужа загнал в угол Исийорд, который под предлогом моей смерти намерен отобрать его земли. Скоро они будут моими, поэтому справедливо будет пойти и помочь. Ну, знаешь, не совсем помочь, — игриво сказала я и улыбнулась.

Он покачал головой, привыкший к моим выходкам.

— И в этот план ты меня тоже не посвятишь?

— Ты трещишь, как старая жена. Нет, — вся Олимпия, от Воланта до Дравы, знала о моём намерении вернуться в Исийорд. Они устроили целую прощальную церемонию. Люди плакали. Я ненавидела плачущих людей.

— Имею право переживать за своего ребёнка.

Я вздохнула и прожгла его взглядом.

— Если на совете хотя бы один человек проронит слезу из-за тревоги за меня, я насажу твою бородатую голову на вертел, — угрожающе ткнула в него пальцем и направилась к комнате, но на пороге остановилась и наполовину обернулась. — А, и позови ремесленника. Нужно действовать быстро. Хочу, чтобы мой король остался жив. Он особенно сильно меня разозлил, а часть скипетра не должна попасть в руки моего отца, — продолжила я, входя в покои почти обнажённой.

Он утвердительно кивнул.

— Отправить весточку нашим шпионам, чтобы они помогли?

— Нет. Им по-прежнему нужно удерживать батальоны Адриаты как можно дальше друг от друга. Эту битву я выиграю за них. План снова изменился, однако к тому моменту, когда мы пройдём через Адриату, она всё ещё должна быть максимально ослаблена. Судя по словам двух стражников, все эти месяцы мы действовали успешно. Адриата уже держится из последних сил. Они дошли до такого отчаяния, что вцепились в соглашение моего отца.