Книга Зимние Боги и Змеи, страница 359 – Венди Хейсс

Я откинулся в кресле и впился в него взглядом.

— Не странно ли, Стрегор, как легко исполняются твои желания? Особенно сразу после свадьбы.

Он не выглядел оскорблённым. Напротив, гордился.

— Ты в чём-то меня обвиняешь, сын?

— Для вас я Ваше Величество, советник. Я вам не сын.

Его черты вспыхнули, как и тени, но он вовремя заставил их утихнуть передо мной.

— Если не я, она всё равно получила бы по заслугам.

Магия вытекла из меня. Чёрные облака и порывы скрутились, окутывая комнату, поползли вокруг каждой его конечности. Тьма выла, повторяя грохот бури, жаждала света и расползалась по нему, пожирая, пока весь зал не погрузился в сумрак.

— Ты касался её? Нет. Ты хотя бы дышал рядом с ней? — угрожающе произнёс я. — Уничтожу тебя до последней капли крови твоего рода.

Глаза расширились, на лбу выступил пот. Щупальца магии окружили его и закрутились вокруг тела. При прикосновении к коже тьма зашипела, и Стрегор закричал от боли. Тьма жгла сильнее любого пламени. Выжигала ощущение света, ощущение жизни. Она была самой смертью.

— Килиан, довольно, — позвала тётка, поднимаясь.

Я повернулся к ней, и магия закружилась уже вокруг неё.

— Как хорошо вы научились раздавать приказы, глава совета. Сядьте, пока не вырвал сначала вашу душу, а затем сердце.

Она сглотнула и опустилась на место. Я отозвал магию от Стрегора, хотя зал всё ещё был наполнен мглой.

— Отвечай, Стрегор. Это ты сделал? Ответь, и я похороню тебя с целыми конечностями.

— Нет! — выкрикнул он, растирая почерневшую кожу, на которой остался отпечаток моей силы.

— Вон, — приказал я, откидываясь в кресле. Никогда прежде ничто не доводило меня до того, чтобы угрожать совету магией.

Они поднялись один за другим, но Стрегор задержался у порога.

— Вот в чём природа зла, Хенрик. Оно приглашает чистых, заманивает свет и оскверняет природу. В конце концов ты тоже всего лишь мужчина и тоже угодил в эту ловушку.

Мал снова оказался прав. Странный человек говорил о добре и зле.

— Скажи, Стрегор, скольких ты сам поймал в такую же ловушку?

— Я не зло.

— Нет. Ты тоже всего лишь мужчина, которым оно управляет.

Зал заседаний отзывался оглушительной тишиной. С тех пор как вчера она исчезла, даже мой пульс будто остановился. Тьма укрывала меня невидимыми руками утешения. С детства она была моим прибежищем, но теперь даже она не могла успокоить тревогу в сердце.

Дриада положила ладонь мне на руку, но тело отвергло утешение.

— С ней всё хорошо. Ты сам говорил, что она сильная и умелая. Я верю в неё, сын. И тебе следует.

Мал ворвался в зал, задыхаясь. Глаза были широко распахнуты от ужаса, страха, потрясения, растерянности и глубокой печали.

Нет. С ней ничего не случилось. Ничего. Я пытался убедить себя, но больше не мог ни дышать, ни видеть, всё тело онемело.

— Прошу, Мал, не… — взмолился я. Ноги не удержали, и я рухнул на колени. Мой мир лишили света.

— Её нашли. Исийордцы. Мёртвой на нашем берегу.

Две горячие слезы скользнули по онемевшему лицу. Она не могла умереть. Нет. Я отказывался верить. Тело дрожало, я спрятал лицо в ладонях. Этого не могло происходить. Боги и небеса, не позволяйте этому быть правдой. Не забирайте женщину, которую люблю. Не забирайте её.

Дриада обняла меня, пока я раскачивался, не способный поверить, что Сноу больше нет.