Книга Зимние Боги и Змеи, страница 273 – Венди Хейсс

Я похлопала его по плечу.

— У тебя есть Кай. Оставь этого мне.

Я поприветствовала Альбиуса поцелуем в щёку, и он сладко рассмеялся. Затем села рядом со старшим братом.

— Сноу, — позвал Альбиус, поднимаясь. — Боюсь, меня ждут обязанности. Наслаждайтесь завтраком. Встретишься со мной сегодня днём в квартале наместника в центре города? Хочу обсудить одно дело.

Я кивнула.

— Встретимся там.

— Хорошо спала? — спросил Килиан, сосредоточенно читая лист бумаги.

— Сон для мёртвых.

Я была голодна и принялась накладывать еду.

Он сложил бумагу, убрал в карман и повернулся ко мне.

— Почему не позволяешь помочь?

— Как?

— Магией, разумеется.

— А-а.

— Что значит «а-а»? — повторил он, растерянно глядя на меня.

Я не ответила и без стыда смотрела в ответ, пока его рот едва заметно не приоткрылся от понимания направления моих мыслей.

— Сомневаюсь, что это поможет уснуть, Сноу. Со мной путь никогда не бывает коротким и сладким. Возможно, ты слишком привыкла к вензорцу. Готов поспорить, его копыта устают за несколько секунд.

Пальцы сжались, я скрестила ноги, надеясь, что движение не слишком выдаёт раздражение. Сама виновата. Придётся отвечать.

Слева громко упали приборы. Мы оба повернулись к Малу.

— Вы двое… — начал он.

Я положила ладонь ему на руку.

— Тебе тоже что-то слышится? Кил, дорогой, тебе стоит проверить здоровье брата. Я беспокоюсь.

— Разумеется, любимая. Сразу после завтрака отведу к целителю.

— Да, я безумен. Ведите меня к целителю, — сказал Мал, размахивая вилкой, а затем пробормотал, — Вы всё равно сводите меня с ума.

— Что там было у Ларга и того… — начала я.

— Стрегора, — ответил Килиан и с суровым видом добавил ещё еды на мою тарелку. — Глупец, который воображает себя великим из-за позолоченного пера. Хотя жаловаться не могу. Я был одним из тех, кто это перо позолотил. Он использует туманные пути богов ради собственной выгоды.

Он вспомнил мои слова.

— Если уделять ослу слишком много внимания, тот решит, что он лошадь. Не тревожься, дорогой.

Килиан намазал вареньем хлеб с маслом и вернул мне.

— А если попрошу всегда меня так называть?

Я откусила.

— Зависит от того, что получу взамен.

Он вытер большим пальцем уголок моих губ и облизал.

— Зависит от того, чего хочет моё чудовище.

Я закашлялась.

— Теперь я твоя?

Он налил воды.

— Разве нет?

Я сделала несколько глотков.

— Ты мастерски уворачиваешься от вопросов.

— А ты по-прежнему слишком упряма, чтобы первой ответить на мой.

— Ты живёшь, чтобы меня мучить.

— Похоже, всё перевернулось, — сказал он, откинулся на спинку стула и положил руку на подлокотник.

— Сладкие круглые небеса Синта, — пробормотал Мал рядом.

— Устала? — спросил Килиан, убирая волосы за моё ухо.

Большой палец нежно погладил щёку, усиливая сонливость.

Я кивнула.

— Очень.

— Позволь помочь. Не могу смотреть на тебя такую.

Я не могла позволить магии проникнуть в голову, чья бы она ни была. Не могла.

— Ты знаешь единственный способ.

Он стал суровым, даже сильнее обычного.

— Если тебя трахну, то не для того, чтобы усыпить, женщина.

Я слабо хихикнула. Для чего бы это ни было, мне хотелось, чтобы он сделал. Уставшая, я откинулась на стуле, лениво жевала тост и наслаждалась мягкими прикосновениями, когда воздух вокруг вдруг стал лёгким и запах мандаринов с лимонными цветами окутал меня. Вероятно, от господина весны рядом. Веки против воли закрылись, и я провалилась в тёмную пустоту сна.