Книга Собственность боевого дракона. Я не твоя вещь!, страница 20 – Адриана Вайс

А я хочу быть равной ему.

Каэл долго смотрит на меня, желваки на его скулах перекатываются.

— Хорошо, — наконец глухо роняет он. Отрывается от стены и нависает надо мной. Его голос падает до угрожающего шепота: — Запрись и не высовывайся до утра. Поняла?

— Поняла.

Он отступает. Медленно, неохотно разворачивается и уходит по коридору. Его шаги стихают вдали.

Я открываю дверь, захожу внутрь и с тихим щелчком поворачиваю замок. Прислоняюсь к холодному дереву лбом, прикрывая глаза. Шумно выдыхаю.

Сердце колотится где-то в горле. Боги, во что мы ввязались? Надо завтра же обязательно рассказать обо всем Валериусу. О найденной нами скобе, об Эдрике… обо всем.

Теперь уже нет никаких сомнений, что внутри Академии что-то творится.

Я открываю глаза.

В комнате тихо, никого нет. Видимо, еще не вернулись после учебы.

Я отлипаю от двери. Ноги кажутся ватными, хочется сразу упасть на кровать, но я должна хотя бы спрятать улику.

Опускаю руку в карман мантии, нащупываю холодную скобу и иду к своему рабочему столу.

На нем всегда идеальный порядок: резцы в ряд, схемы сложены стопкой, защитная шкатулка, в которой я храню заготовки, стоит строго в левом углу.

Я делаю шаг, второй и… замираю, словно налетев на невидимую стену.

Прямо по центру моего идеально прибранного стола лежит записка.

Мой мозг пытается найти этому рациональное оправдание — кто-то из девочек, вероятно, написал ее, чтобы предупредить что придет поздно или что-то вроде того. Но мое чутье говорит о том, что это что-то иное.

Я осторожно подхожу вплотную и опускаю взгляд. Ровным безупречным почерком по центру белого листа выведено всего одно предложение:

«Не лезь не в свое дело».

Я не сомкнула глаз до самого рассвета.

Всю ночь я просидела на кровати, подтянув колени к подбородку, неотрывно глядя на эту записку.

«Не лезь не в свое дело».

Враг был здесь. В моей комнате.

Мое личное, безопасное пространство перестало быть таковым.

Едва за окном забрезжил серый рассвет, в коридоре послышались тяжелые, ровные шаги. Я уже знала, кто это.

Я распахиваю дверь за секунду до того, как в нее успевают постучать.

Каэлу хватает одного взгляда на мое бледное лицо, воспаленные глаза и дрожащие пальцы, чтобы его внутренний зверь проснулся.

— Что случилось? — голос Аркхейма падает до опасного, рычащего шепота.

Я молча показываю скомканную записку.

Каэл разворачивает лист и в тот же момент воздух вокруг нас стремительно леденеет.

Я физически чувствую, как взрывается его аура — температура в коридоре падает так резко, что изо рта вырывается облачко пара, а по деревянным панелям стен с тихим треском ползет серебристый иней.

Каэл делает резкий шаг вперед, вторгаясь в мое личное пространство. Его большие, горячие ладони ложатся на мои плечи. Пальцы сжимаются жестко, почти до боли.

— Как? — рычит он, и в его ледяных глазах плещется настоящая ярость. — Как они вошли?

— Я не знаю, Аркхейм, — мой голос дрожит, но я заставляю себя смотреть ему в глаза. — Возможно, это сделал кто-то, у кого есть прямой доступ в студенческие комнаты.

Скулы Каэла каменеют, желваки ходят ходуном.

— Идем к Валериусу. Прямо сейчас, — чеканит он, перехватывая меня за запястье. — Пусть усилит охрану, пусть вытряхнет всех, кто мог к тебе подобраться.