Книга Бессмертный, страница 152 – Эмма Хамм

Когда мужчина развернул ее и разорвал рубашку на спине, Джессамина больше не могла отрицать реальность. Беспомощная, она наблюдала за тем, как они молча разрывают ее штаны в клочья. Джессамина стояла посреди комнаты полностью обнаженная и отчаянно пыталась прикрыть тело от голодных глаз Кулаков.

Они пересеклись взглядами с Сибил, и девушка ощутила ее безмолвную поддержку. Слезы жгли, но Джессамина не могла позволить им пролиться. Она задумалась, переживала ли ведьма подобное раньше, или, может, это наследственная боль, передаваемая столетиями между такими женщинами, как они. Женщинами, которые оказались во власти тех, кто хотел причинить им боль.

— На алтарь. Живо, – прорычал мужчина позади нее.

— Нет.

— Полезай, или я тебя заставлю.

Зажмурившись, Джессамина взяла себя в руки. Она могла бы побежать, но шансы оторваться от погони невозможно малы. Даже если бы и получилось, то голая женщина, бегущая по ночным улицам, далеко не уйдет. У нее не было магии. Все, что оставалось, – это взобраться на алтарь и поднять белую ткань.

Джессамина легла на шершавый камень, ледяное прикосновение которого пронзило ее насквозь. Когда амбал накрыл девушку простыней, она задумалась, стала ли еще сильнее напоминать труп.

По реакции мужчины и его бледному лицу Джессамина поняла, что очень даже.

Простыня накрыла ее лицо, и девушка выдохнула.

— Могу я хотя бы видеть, что происходит?

Ей не хотелось умолять. Боги, Джессамина надеялась, что ее слова не прозвучали как мольба.

На мгновение Каллум откинул простыню с лица и склонился над ней. Он аккуратно взял Джессамину за подбородок, проводя большим пальцем по щеке.

— Что ты хочешь увидеть, покойница? Так себе идея.

— Я хочу, чтобы ты знал: я осознаю каждый шаг того ужасного поступка, который ты собираешься совершить. Я хочу, чтобы ты смотрел мне в глаза и знал, что лишаешь меня жизни. – Она сглотнула. – Ты ведь этого добиваешься? Если принесешь меня в жертву, будешь жалеть об этом до конца дней.

И вот снова на его лице промелькнула тень искреннего сожаления за то, что ему предстоит сделать.

— Ты уже мертва, Джесс. Я потерял тебя еще тогда, в день свадьбы.

Почти с нежностью он провел пальцами по бледно-фиолетовым мешкам вокруг ее глаз, по впадинам щек, по этому ужасному извивающемуся шраму на шее. Джессамина видела, что он верит в каждое свое слово. Она перестала быть его дочерью, когда сорвалась с того обрыва.

— Я все та же, – прошептала она. – Я все та же маленькая девочка, которую ты укладывал спать. Вот так просто, Каллум. Я все такая же, и где-то глубоко внутри ты тоже ни капли не изменился.

Он покачал головой. Слезы сорвались с его ресниц и упали на девичьи щеки.

— Нет, милая. Ты мертва. И то, что бог вернул, – это лишь искаженная копия той малышки, которую я взрастил. Принести тебя в жертву – это дар всему королевству. Такой же дар, как и первая твоя смерть. Я не позволю им забыть твое имя, Джессамина. Но и забрать тоже не позволю.

Каллум выпрямился, по крайней мере, в этот раз не закрывая глаза простыней, и поднял гримуар. Джессамина почувствовала, как от ужаса сдавило в груди.

— Нет, – сказала она, пытаясь соскочить с холодного камня. – Я не позволю тебе…

Вокруг ее туловища обвилась магия, прижала руки к бокам и с силой рванула обратно на алтарь. Ей показалось, что от магических тисков вот-вот треснут ребра, низкий стон сорвался с губ.