Книга Право сильного, страница 18 – Юлия Арниева

Он был прав, я это знала, и все же весь остаток ужина у меня в голове против воли складывались цифры: четыре сотни акров, два десятка дворов, мельница, ручей. Земля в Кенте. Два дня пути от Лондона и хозяин, который не может вернуться.

К девяти дом стих. Мы перешли в малую гостиную, дождь все еще шелестел за окнами, угли оседали, и миссис Грант, зная привычку графа, уже разложила карты на ломберном столике. Артур, устроившись в кресле у камина, немного поворчав на его неудобство, подвинул колоду ко мне и с усмешкой заговорил:

— Сдавайте и рассказывайте, что вам такого поведал мистер Финч. С семи часов у вас такой вид, будто вы что-то замышляете.

Я сняла колоду, и чуть помедлив, произнесла:

— Привилегия Уатта истекла.

Артур поднял брови.

— Когда?

— В тысяча восьмисотом году.

— Два года назад. И об этом никто не знает?

— Кто-то знает, но не те, кто в этом заинтересован.

Я раздала карты и взяла свои.

— Артур, они два года боятся покойника.

— Катрин, это вернейшее описание половины того, что делается в нашем королевстве. — Он просмотрел карты и выбрал одну. — И что вы намерены делать с покойником?

— Оставить его в покое и вспомнить, что мистер Радд рассказывал мне в конце зимы.

Я объявила терц. Артур поморщился, но карту все-таки положил.

— В Лидсе есть механик по имени Мэттью Мюррей. Из простых, начинал подмастерьем, теперь имеет собственное заведение. Радд говорил о нем с таким уважением, какого я от него прежде почти не слышала, а Радд, как вы знаете, скорее откусит себе язык, чем похвалит чужую работу. Он утверждает, что станки Мюррея работают с редкой точностью.

— Похвально. И что же?

— А то, что ему становится тесно. Дело растет, заказов больше, земля возле мастерских дорожает, свободных участков почти нет. И Мюррей слишком хорош, чтобы нравиться Сохо.

Артур, до сих пор разглядывавший свои карты, поднял глаза. В камине осел уголек, на мгновение ярче осветив его лицо, а за окнами все так же ровно шуршал дождь.

— Вот как.

Я выложила карту и потянулась за следующей.

— У него есть мастера, имя и заказы. У вас есть то, чего нет у него.

Артур прищурился, будто действительно принялся перебирать собственные достоинства.

— Семьдесят лет, подагра и крайне дурной характер?

— Земля.

— Земля… как прозаично, — рассмеялся Артур и наконец сделал ход. — Из всех моих достоинств вы выбрали самое унылое.

Я дождалась своей очереди, забрала взятку и только тогда продолжила:

— Артур, у вас есть свободная земля, которую вы согласились бы продать?

На этот раз он не ответил сразу. Сперва закончил взятку, потом собрал карты веером, еще раз просмотрел их, словно ответ мог обнаружиться между королем и девяткой, и отложил на колени.

— Есть, — выговорил он наконец. — Разумеется, есть. Полтораста акров за старой пустошью, вдоль дороги на Тетфорд. Земля скверная, под пашню не годится, овцы и те ходят неохотно. Я четыре года сдавал ее в аренду Уолту за смехотворные деньги, потому что он желал числиться землевладельцем в Норфолке.

— И?

— И полагаю, что сейчас он в ней не нуждается. Я согласен, даже если завод не окупится ни разу.

— Он окупится.

— Тем лучше.

— Артур, вы понимаете, что из этого выйдет?

— Понимаю, что мне придется терпеть еще одного механика.

— Хуже… заводу понадобятся рабочие. Не двадцать человек, а, возможно, сотня, а если он переведет часть мастеров из Лидса еще больше. Вместе с женами и детьми это несколько сотен человек, которых надо где-то поселить.