Книга Девушка из колодца, страница 34 – Рин Чупеко

Как раз перед тем, как силы снова покидают ее, она воображает, что видит меня такой, как прежде, – стоящую в темном углу женщину в белом, с длинными волосами и пепельным лицом. Я окружена странными маленькими огоньками, которые подпрыгивают так, будто плывут по невидимой реке, текущей вокруг моего тела. Один за другим они движутся по воздуху, как если бы падающие звезды поднимались вверх, вместо того чтобы лететь вниз. Я же молча смотрю, как они уплывают в темноту.

Келли Старр закрывает глаза, и проходит какое-то время, прежде чем она открывает их снова.

Келли никогда раньше не бывала в этом месте, хотя оно оказывается таким же пугающим, каким она себе его представляла. Люди в мешковатых одеждах (шестнадцать человек) холодно смотрят на нее, когда она проходит мимо. Им кажется странным то, что она, в отличие от них, может уйти отсюда, когда захочет. Некоторые полностью игнорируют ее, пронзительно и истерично хохоча над голосами, которые никто, кроме них, не слышит (таких двенадцать). Остальные предпочитают общество своих шкафов или растений в горшках, ведя оживленные беседы с воображаемыми существами, которые в них живут (десять человек).

Это место зовется Психиатрическим институтом Ремни.

Ассистентка учителя выглядит усталой. Синяки на ее лице за две недели стали светлее, так что их легко скрыть под тонким слоем косметики. Мизинец на правой руке Келли по-прежнему плотно забинтован. Она с трудом двигает рукой, а значит – находится на полпути между болью и выздоровлением. Несмотря на чувствительность к прикосновениям, небольшая рана на голове больше не требует перевязки. Девушка бледна, а яркие лампы над головой не пытаются приукрасить ее внешний вид.

Поскольку врач разрешил ей покинуть больницу, она избежала пожеланий скорейшего выздоровления и беспокойства со стороны посетителей и друзей, которые руководствовались исключительно благими намерениями. Но она не может позволить себе отдыхать. По крайней мере, не сейчас. Сначала она должна сделать кое-что еще.

Белая Сорочка по понятным причинам нервничает. Он с крайней неохотой согласился предоставить молодой ассистентке право на посещение, хотя правила Ремни строги и разрешают приходить только ближайшим родственникам. Но поскольку об этом попросил сам отец Тарквиния, Белая Сорочка отпирает дверь, ведущую в комнату японки, и отступает, чтобы пропустить молодую женщину вперед.

Ширмы-седзи исчезли, но куклы по-прежнему стоят на своих деревянных подставках. Как и многим до нее, ассистентке учителя от такого зрелища становится не по себе. Японка сидит на стуле в центре комнаты и смотрит в никуда. Она не издает ни звука и не подает виду, что замечает присутствие Келли. Девушка, явно взволнованная, неуверенно топчется в нескольких футах от стула, разрываясь между желаниями пройти вперед или отступить.

— Миссис Хэллоуэй? Тетя Йоко?

Женщина раскачивается на стуле, не отрывая взгляда от стены перед собой, от большого, покрытого ковром стенда с императорскими куклами.

— Тетя Йоко? – снова пробует ассистентка учителя. – Меня зовут Каллиопа Старр. Я племянница Дуга Хэллоуэя. Кузина Тарквиния.

На губах пожилой женщины появляется слабая тень улыбки.

— Тарквиния?

— Да, – ободряюще произносит молодая женщина. – Вашего сына Тарквиния.