Книга Человек, который не хотел любить, страница 163 – Федерико Моччиа

— Да. Кажется, это её.

— Я знаю, кого она имеет в виду, хотя и не упоминает имени. Адресат – ты. Почему ты мне не сказал?

— Что я должен был тебе сказать?

— Ты переспал с ней?

— А ты как думаешь?

— Ты можешь заполучить тысячи других женщин. Почему она? Просто для галочки?

Танкреди отпил ещё немного кофе. Снова зазвонил телефон. Танкреди ответил:

— Да? Кто это?

— Я тебе нужен? – Это был Савини.

— Нет, спасибо. Всё в порядке. – Он положил трубку, затем вздохнул и откинулся на спинку стула: – Не хочешь присесть?

— Я постою. Я задал тебе вопрос. Ты переспал с ней?

— Что она тебе сказала?

— Она сказала, что да.

Танкреди рассмеялся.

— Что смешного?

— Она всегда ненавидела тот факт, что мы с тобой друзья. Думаю, её это бесило, она ревновала, словно я был твоим любовником.

— Она любила тебя.

— Она никогда никого не любила. Она хотела меня, потому что я для неё недоступен.

— Почему ты так в этом уверен?

— Потому что я твой друг. Даже если я и испытывал к ней какие-либо чувства, я любил тебя сильнее. И она знала это. – Танкреди посмотрел на него. – Прости, но я не спал с ней, и вовсе не потому, что она мне не нравилась…

Давиде некоторое время молча смотрел на него. Танкреди спокойно смотрел в ответ. В воздухе повисла тишина. Ничего не происходило.

Давиде глубоко вздохнул:

— Кажется, я понял.

Он развернулся, чтобы уйти:

— Передавай ей привет.

— Я не знаю, где она. Она ушла.

— Забери письмо.

— Это она попросила меня принести его тебе. Оно твоё.

Давиде вышел из комнаты. Танкреди остался один. Вдруг зазвонил телефон. Это был его брат. Он был не в настроении разговаривать, поэтому решил, что перезвонит позже.

Он налил себе ещё кофе, взял письмо со стола, разорвал его и выбросил в корзину. Потом снова открыл папку и стал листать фотографии. Вот София смеётся. Вот София бежит по пляжу. София катается на велосипеде. София выходит из воды в белом купальнике, который просвечивал, так что были видны её соски, её тело, её сильные ноги. На этой фотографии она смеётся, откинув назад мокрые волосы. На другой она сидела одна на шезлонге и смотрела на море. Она будто была поглощена какими-то мыслями и казалась очень печальной. Она сняла свои большие чёрные солнцезащитные очки и смотрела вдаль, как бы пытаясь разглядеть, что находится там, за горизонтом, ища какой-то ответ. Он внимательно рассмотрел эту фотографию. Особенно внимательно её глаза, её выражение лица. О чём она думала в тот момент? Принимала ли она какое-то решение? Делала ли выбор? Он отложил снимок.

Он вспомнил тот день, когда они просто болтали обо всём на свете, словно были давно знакомы друг с другом. В тот вечер он впервые в жизни открылся другому человеку – он рассказал ей всё о Клодин. София сначала ничего не сказала, а потом попыталась ему помочь. Она говорила долго, пытаясь скрыть от него чувство вины, но это было непросто. Он вспомнил одну из её фраз: «Странно, что она ничего не оставила. Когда чувствуешь себя настолько плохо, помогает писать, чтобы выговориться хотя бы самой себе».

Клодин хотела выговориться ему. К нему она обратилась, к своему брату. Но её брат не нашёл на неё времени. И этого Танкреди не мог принять, не мог простить себе этого. Она умерла из-за него. Он был последним, кто видел её, последним, кто мог помочь ей передумать.