Книга Человек, который не хотел любить, страница 158 – Федерико Моччиа

— Клодин, я очень опаздываю. Давай поговорим завтра?

— Нет. – Она замолчала и опустила взгляд. – Сейчас.

Танкреди взял её за подбородок и попытался поднять её лицо, но она сопротивлялась. В конце концов, когда ему это удалось, он посмотрел ей в глаза:

— Это что-то важное?

Клодин кивнула. Она чуть не плакала.

Танкреди вздохнул:

— Клодин, я хотел бы остаться с тобой… но у меня есть одно дело, которое никак нельзя отложить.

— Всё можно отложить.

— Тогда и этот разговор!

Повисла тишина.

Он понял, что таким образом с этой ситуацией ему не справиться. Затем Танкреди тихо зашептал ей:

— Вот увидишь, что бы ни произошло, всё в конце концов встанет на свои места, я уверен. Утро вечера мудренее, может, завтра ты посмотришь на всё это по-другому.

Потом он немного поддразнил её, как делал в детстве, – растянул своими пальцами улыбку на её лице. Они договорились: следующим утром они всё обсудят. И прежде чем она снова успела его окликнуть, Танкреди выбежал, сел в «порше», завёл двигатель, развернулся на площадке и на полной скорости выехал по гравию с виллы.

Клодин подошла к входной двери и проследила, как он быстро развернулся, выехал из ворот и исчез в ночи. Она снова осталась в одиночестве. Одна. Только цикады стрекотали где-то вдалеке. Вокруг было темно. Она огляделась по сторонам и почувствовала облегчение. Она всё решила. Это правда, всё было так, как сказал Танкреди. В жизни нет никаких проблем, которые нельзя было бы решить.

Она глубоко вздохнула. Вернувшись в свою комнату, она открыла ящик и достала то, что ей было нужно, – её единственное решение. Она вышла на улицу. Когда Танкреди найдёт его, он сразу всё поймёт. Вскоре она вернулась обратно в дом. На улице послышался какой-то шум. Хорошо, значит, она как раз вовремя. Ждать больше было невозможно. Она сняла обувь и босиком и поспешила вверх по лестнице. Она шагала, стараясь делать это как можно бесшумней, то и дело оборачиваясь назад. Возможно, её услышали, нужно было спешить. Этот вечер – её последний, она больше не могла выдерживать всего этого. Это было невозможно. Она открыла дверь чердака – медленно, зажмурив глаза, боясь, что дверь заскрипит. Но этого не произошло. На цыпочках она подошла к маленькому окну, выходившему на крышу. Она медленно придвинула сундук, взобралась на него и в то же мгновение оказалась снаружи. Было прохладно и темно – ночь была безлунная. Она направила взгляд в небо, чтобы посмотреть на звёзды, но не увидела ни одной. Лёгкий ветерок колыхал ветви самых высоких деревьев. Но она не видела этого, а только слышала их шум. Стояла абсолютная темнота. «Так всё и будет там?» Только в одном она была уверена – её проблема будет решена. Она не могла больше этого выносить. Затем она улыбнулась в последний раз. Три быстрых шага, и она прыгнула.

Танкреди плакал. В тишине, в её объятиях, эти воспоминания нахлынули на него.

София не знала, что сказать. Она крепко прижимала его к себе, пытаясь его как-то утешить:

— Ты не виноват, ты ничего не мог поделать.

— Я мог бы остаться. Я мог бы её выслушать.

— Почему ты не остался? Разве тебе не было интересно?

— Я торопился.

— Но куда тебе надо было идти?

Он молчал. Ему было стыдно, что он не смог остаться, что не смог услышать последний, полный отчаяния крик своей сестры.