Книга Плохой день для Саншайн, страница 118 – Даринда Джонс

Квинси помог ей сойти с квадроцикла и сесть на свой, пока Леви стоял в стороне.

— Я сожалею о твоей потере, Леви.

Он покачал головой.

— Оставь это для кого-нибудь более достойного.

Двадцать минут спустя Сан сидела на заднем сиденье машины скорой помощи, и её допытывал лучший друг.

— Что там произошло? — спросил Квинси, когда медик оставил её наедине с собой. Опасное место, чтобы оставлять её на произвол судьбы.

— Я не знаю. — она покачала головой, пытаясь разогнать паутину.

— Может, попробуешь выяснить, потому что, черт возьми. Ты потеряла сознание.

— Я не отключалась.

— Сначала тебя вырвало, потом ты отключилась.

— Я не теряла сознание. Я не думаю. Я не знаю. Я как бы потеряла связь с реальностью на минуту.

— Хорошо. Это начало. Так почему мы обрабатываем место, которое, судя по всему, не посещали уже лет десять?

Она переложила пакет со льдом на затылок.

— Чертова дверь.

— Они часто бывают такими козлами. Место действия?

Быстро оглядевшись по сторонам, она наклонилась и сказала:

— Там меня держали.

Если бы она дала ему пощёчину, он бы не удивился еще больше.

— Я вспомнила. Как только я вошла, я вспомнила запах. Грязный матрас. Крошечные окна, в которые солнце проникало только в определённое время суток.

Он поднял челюсть и уставился на нее.

— Я думал… Я имею в виду твою травму головы.

— Я знаю. Мне снились сны. Кошмары, правда. Но я честно думала, что просто выдумала их.

Куинси выглянул наружу, затем закрыл двери, чтобы полностью уединиться.

— Так, больше никакой чепухи. Начни с самого начала, или, клянусь Богом, я уйду прямо здесь и сейчас и стану оперным певцом.

Она улыбнулась, несмотря на свое состояние.

— Ты не умеешь петь.

— Именно поэтому это было бы трагедией. — он наклонился ближе и взял её за руку. — Послушай, я понимаю, Сан. Ты не любишь говорить об этом, но все, что я знаю, это то, что тебя похитили в старших классах и держали почти неделю. Потом ты волшебным образом оказалась в отделении интенсивной терапии больницы Святого Винсента в Санта-Фе с травматическим повреждением мозга. Месяц спустя ты очнулась от комы с ретроградной амнезией. О, и булочка в духовке. Так что, может, заполнишь пробелы?

— Квинс, ты знаешь почти столько же, сколько и я.

— Чушь собачья. — он сжал руки в кулаки и сел обратно в кресло фельдшера. — Я вижу, как ты иногда уходишь в себя. Выражение твоего лица, когда ты возвращаешься, — это не пустяк. Ты что-то вспоминаешь. Скажи мне, что я ошибаюсь.

Она разразилась задыхающимся смехом.

— Просто я не хочу, чтобы мои родители знали.

— Как будто я собираюсь им рассказывать.

— Пожалуйста, моя мама так обвела тебя вокруг пальца, что удивительно, как ты можешь ходить по прямой.

Он покачал головой.

— Неправильно. Все наоборот. Я обвёл её вокруг пальца вот здесь. — он поднял средний палец, посылая Сан сообщение в кристально чистом техническом цвете.

— А. Ну, она хотела узнать, можешь ли ты взглянуть на её карбюратор.

Он сел ровнее.

— Правда? Я свободен сегодня.

Она хихикнула.

— Ты такой хлыщ. У нее хоть карбюратор есть?

Он сдержал ругательство.

— Я ничего не могу поделать. Я влюблён в нее. И это больше, чем та жалкая влюблённость, которую я испытывал к ней, когда мы были детьми.

— Влюблён? А как же мой отец?

Терпеливая улыбка расплылась по его лицу.