Книга Хищные создания, страница 126 – Эми Голдсмит

Но, вспоминая наш последний разговор с Шош, не могу сказать, что разделяю его энтузиазм.

Узкий коридор за пределами наших купе кажется темнее, чем обычно. Толстые плети вьюнка и плюща тянутся вдоль дверных коробок, оплетают лампы и приглушают их свет. В раздражении я срываю со стены охапку растений и с удовлетворением замечаю, как они вянут от моего прикосновения.

— Они повсюду, – говорит Рис, с тревогой глядя на увядшие побеги у меня в руке. – Становится хуже.

— Да, так дальше нельзя, – соглашаюсь я. – Рис, если Шош нас не послушает, что мы будем делать? Нельзя просто сидеть и ждать, пока до нее дойдет.

Рис напряженно поджимает губы:

— Честно говоря, я не знаю, Ла.

Несколько минут уходит на то, чтобы открыть дверь в соседний вагон, – сперва приходится отодрать от нее побеги. И даже здесь растения оплетают светильники на потолке, а из темных углов тянутся тонкие ветви.

Мы находим Шош в комнате отдыха персонала: она безучастно смотрит в пустоту и ковыряет ногти. И хотя мы еще даже не начали говорить, я уже чувствую безнадежность. Пол под столом начал порастать толстым пружинистым мхом, а крапива плотно оплела ручки шкафчиков, блокируя все, что внутри.

Под глазами у Шош – темные круги, и, когда мы подходим к столу, она с силой потирает пальцами лоб. Когда она наконец заговаривает, в ее словах не больше искренности, чем у автоответчика:

— Не знаю, сколько еще раз мне нужно это повторять, но ситуация под контролем. Гвен прямо сейчас работает над тем, чтобы все это обуздать. Все оранжереи заперты, и нам всем просто нужно держать себя в руках и сидеть тихо, пока мы…

Я швыряю на стол мешок с травой, которую мы собрали с пола в купе Риса:

— Сидеть тихо? Шошанна, вот эта дрянь пыталась задушить Риса во сне! Запирание оранжереи ни черта не изменило. Самира мертва! Ее проткнуло шипами, если ты не заметила! Возможно, мертв и Ксавьер – не все это видели, но клянусь, он задыхался от чего-то похожего на… на лиану. Да ты только оглянись! Мы обязаны остановить поезд!

Шош качает головой – решительно, словно падающее лезвие гильотины, словно дамоклов меч, обрекающий всех нас на гибель. Смерть буквально поджидает за каждым углом.

— Мы не можем, – глухо говорит она. – Ты что, не следила за маршрутом, Лара? Разве ты не видишь, где мы находимся?

— Мне все равно, где мы! – кричу я, и голос срывается, а кровь в висках пульсирует в такт стуку колес. – Нам нужно сейчас же сойти с этого гребаного поезда! Нужно позвать на помощь. Ты можешь… можешь связаться с кем-нибудь по рации?

— Она права, – резко говорит Рис, нащупывая под столом мою руку. И, хотя лицо заливает жар, я благодарно сжимаю ее в ответ. – Нужно остановить поезд и сообщить властям. Если ты нас проигнорируешь, мы сами свяжемся с машинистом и заставим его остановить состав. Если ты не хочешь прислушаться к здравому смыслу, думаю, он к нему прислушается, когда все это увидит.

Шош пожимает плечами – так равнодушно, что у меня стынет кровь. Это окончательно лишает меня надежды.

— Валяйте. Попробуйте остановить поезд. У вас нет на это никаких полномочий, но, если вам жить надоело, мешать не стану. Хотя мне любопытно, куда вы направитесь, если мы остановимся. – Она кивает в сторону темноты за окнами. – Мы сейчас глубоко в лесу Шварцвальда. Собираетесь бродить по чащобе, разбрасывая крошки, как в сказке?