Книга Умереть для коллекции, страница 51 – Питер Джеймс

Жутковатое зрелище, подумала Лиза.

Прошло несколько минут, и железную утопленницу наконец подняли наверх, на ровную площадку; из-за спущенных шин она просела и опиралась на колесные диски. Трос ослабили, и водитель буксира встал на колени под задним бампером, чтобы его отцепить. Скрежет лебедки прекратился, двигатель тоже стих. Слышно было только негромкое журчание вытекающей из машины воды.

Двое полицейских обошли автомобиль кругом, настороженно заглядывая во все окна. Высокий, тот, который больше всех суетился, на всякий случай держал руку на рукоятке пистолета, словно боялся, что в любую секунду из машины выскочит и набросится на него какой-нибудь злодей. Тот, кто поменьше ростом, то и дело отгонял от себя мух. В наступившей тишине отчетливо были слышны крики шалашника.

Высокий полицейский нажал на кнопку, чтобы открыть багажник. У него ничего не получилось. Он попробовал еще раз, одновременно надавливая на крышку. Резко скрипнув ржавыми петлями, она приподнялась на несколько дюймов. Тогда он поднял ее до конца.

Явно шокированный ударившей в нос вонью, он торопливо шагнул назад, не успев даже как следует рассмотреть то, что там увидел.

— Черт меня побери! – задыхаясь, произнес он и с отвращением отвернулся.

Серый цвет Рой Грейс всегда считал цветом смерти. Серые кости. Серый пепел при кремации. Серые надгробные плиты. Серые рентгеновские снимки зубов. Серые стены морга. Не важно, где гниет твое тело, в гробу или в ливневой канализации, все, что от тебя останется, будет неизменно серого цвета.

Серые кости на сером стальном столе для вскрытия, которое производят инструментами из серой нержавеющей стали. Даже свет здесь какой-то серый, странный, рассеянный, неземной свет, проникающий сквозь большие окна с матовыми стеклами. Призраки тоже всегда серые. Серые женщины, серые мужчины. В морге Брайтон-энд-Хова их много. Призраки тысяч несчастных, чьи останки попадали сюда, в это мрачное помещение с серыми стенами, где за серыми стальными дверцами морозильных камер ожидали, когда их отправят в похоронное бюро, а оттуда в последний земной путь к месту захоронения или кремации.

Грейс боязливо поежился. Всегда ежился, ничего не мог с собой поделать. В эти дни он приходил сюда часто, потому что здесь всем заведовала женщина, которую он любил, но у него все равно каждый раз мурашки бежали по спине.

Мурашки бежали по спине, когда он смотрел на скелет с искусственными ногтями и прядями волос цвета спелой пшеницы, все еще державшимися на черепе.

Мурашки бежали по спине, когда он смотрел на собравшихся в помещении морга всех этих людей в зеленых костюмах. Фрейзер Теобальд, Джоан Мейджор, Барри Хит, новый член коронерской бригады, работающей в данном районе. Невеселая работа этого невысокого, всегда опрятно одетого и всегда с невозмутимым лицом мужчины, недавно оставившего службу в полиции, заключалась в том, что он должен был присутствовать не только на месте преступления, но и там, где произошла внезапная или случайная смерть человека, например во время дорожного происшествия или в результате самоубийства, ну и конечно, при вскрытиях в морге. Тут же находился и фотограф отдела судебно-медицинской экспертизы, фиксирующий каждый этап процесса. Плюс Даррен, помощник Клио, остроумный, симпатичный и в целом очень приятный парень лет двадцати, с модно взъерошенными черными волосами, который начинал трудовую жизнь учеником мясника. И Кристофер Гент, высокого роста, опытный судебный одонтолог, занимавшийся тем, что с помощью мягкой глины снимал слепки зубов скелета.