Книга Пан Станислав. Атаман, страница 110 – Максим Мацель

— Я ему привез. Это его. – Ценден коротко указал тяжелым подбородком на грязный холщовый мешок в руке.

— Мне давай! По казенной надобности! – Репнин сделал быстрый шаг вперед, бесцеремонно отталкивая Щеглова.

Ценден среагировал мгновенно. Он плавно, по-волчьи отступил на полшага назад и быстрым движением задвинул мешок себе за спину. Аймак спокойно выдержал яростный, тяжелый взгляд советника.

— Игнат, развяжи меня, – коротко приказал казаку Стас. – Быстро.

Репнин открыл было рот, чтобы прикрикнуть на конвойного, но лишь махнул рукой. Дождавшись момента, когда Игнат разрезал веревки на запястьях Стаса, калмыцкий сотник шагнул мимо советника и молча протянул шляхтичу мешок.

— От хана привез? – тихо уточнил Стас, растирая затекшие кисти рук.

— Нет. От меня. И от нее.

Стас нетерпеливо рванул завязки поклажи, заглянул внутрь и достал оттуда плотную, перевязанную кожаным шнурком кипу исписанных бумаг. От первого же взгляда на каллиграфический мелкий почерк он чуть не подпрыгнул на месте.

— Ценден!.. – выдохнул Стас, не веря собственным глазам. – Откуда это у тебя? У тебя что, все время эти документы были?! Михайло Иванович! Иван! Смотрите сюда! Это же они! Это точные описания и ведомости к картам Чеботарёва! Быть того не может… Здесь же месяцы каторжной работы!

Стас с маху вытряхнул всё содержимое прямо на стол. Репнин сорвался с места и лихорадочно стал перебирать, хватать и просматривать пожелтевшие листы.

— Ай да калмык! Ай да степняк! – залепетал советник, и в его голосе прорезался почти детский восторг. Лицо его разгладилось от накатившей радости. – Вот так подарочек из степи… Вроде как и вор ты, а я тебя, видит бог, прямо сейчас расцеловать готов! Это ж надо, у такого тертого калача из-под самого носа сокровище увести… Погоди, Станислав. – Репнин вдруг резко осекся и подозрительно повернулся к шляхтичу. – А не твои ли это проделки, а? Знал ведь, подлец, что описания у степняков спрятаны, а как у самого каторга да Петропавловка замаячила перед носом за атаманство, так сразу сговорился со своими дружками, чтобы они тебя этими бумагами у меня из-под суда выкупили? Не надейся! Чтобы обвинение в измене государевой снять да перед Вырубовым тебя обелить – одного этого маловато будет. Вот если бы ты самого шпиона мне на стол живьем положил, тогда другое дело…

— Ценден, – Стас проигнорировал Репнина, – говори толком, откуда у тебя бумаги? Как вы их достали? У Чеботарёва?

В ответ калмык лишь едва заметно, озорно улыбнулся одними уголками губ. Он медленно запустил руку глубоко за пазуху своего широкого суконного халата и, вытянув оттуда терцероль, протянул пистолет Стасу.

— Как?.. – Шляхтич опешил, уставившись на собственное оружие, которое Амир выбил у него на рынке два дня назад. – Он у тебя? Пистоль у тебя?! Ценден… Не молчи. Амир… торговец… он тоже у тебя?!

— Тиим, – спокойно кивнул калмык, подтверждая догадку. – Вчера к нам приехал. Лошадь просил, свою загнал. На ночь в моем хотоне остался. Алтана твой пистоль у него увидела, узнала сразу. Потом прибежала ко мне, плакала, просила его к тебе в город везти. Кусался он сильно, когда мы его вязать начали. Двоих моих порезал, мне вон плечо ушиб. – Ценден, поморщившись, аккуратно потер сквозь халат левое плечо. – Долго боролся. Что хан скажет, когда узнает, что мы гостя без его приказа скрутили… Но мы ведь хорошо сделали, а, урус? Для тебя сделали.