Книга Моя Академия 2, страница 103 – Евгений Син, Валерий Листратов

У Германыч сегодня странное настроение. Он не так словоохотлив, как обычно. Да и заметно переживает по какому-то своему поводу. Мешки у него под глазами говорят о том, что завхоз спал не больше моего.

Скидываю с себя верхнюю одежду и внимательно осматриваю драконью накидку.

— Как её правильно одевать? — спрашиваю.

— Не имеет значения, — говорит Германыч. — Можешь присобачить сверху, на что хочешь. Она тебе заменит и сюртук, и жилетку, и брюки. Специально так скроена.

Влезаю в бесформенный балахон, и он почти мгновенно сжимается до моих размеров, практически полностью облегая моё тело. Балахон видоизменяется и принимает вид именно этой одежды, о которой сказал завхоз. Если не знать, что комплект жестко соединен — то и не поймешь никогда.

— Не стой столбом, покрутись, руками пошевелись, присядь пару раз, — командует Германыч.

Выполняю.

— Отлично. Нагнись, выпады сделай, — подсказывает мужик. — Проверь на прочность и растяни, пока время есть. Вот, теперь хорошо. Видишь, она чуть-чуть посвободнее стала. Накидка воспримет твой диапазон движений. Особенно в первые минуты примерки. Запоминает активности и растягивается для удобства. Лучше в ней, конечно, полноценную тренировку провести, но у тебя сейчас на это времени, в общем-то, и нет.

— Понял, спасибо, — благодарю завхоза, но уходить не тороплюсь.

— Хочешь спросить про сердце леса? — сразу понимает он. — Сердце будет готово сегодня к обеду. И да, меня уже вызывал Прокофьев, капитан дирижабля. Помнишь такого?

— Да, конечно, помню, — подтверждаю.

Не раз замечал, что в сильные моменты усталости вспоминал нашу прогулку на верхней палубе дирижабля. Сразу становилось спокойнее.

— Вот, он сказал, что ему уже надоели эти два сноба, — ворчливо передает Германыч.

— Это он про следователей? — догадываюсь.

— Про них. Про кого ж еще? — недовольно хмыкает завхоз. — Они с самого утра уже замучили грузчиков на складе, улететь хотят. А Прокофьеву что? Он наотрез отказался лететь без полной загрузки дирижабля. А предписание он вертел кое-где — частник, на подряде батальона зачистки, что с него взять? Да и следаков активно не любит и постоянно дает им это понять. Иногда завидую. Отказать в проезде не может, а вот свои договоренности имеет право ставить вперед.

— И ему сходит с рук? — удивляюсь.

— А почему нет? Львы на бабочек не охотятся, — пожимает плечами завхоз. — Границ он не переходит, остается всегда в рамках закона. Я его давно знаю.

— А винтокрыл? — спрашиваю про знакомый вариант.

— Винтокрыл, похоже, им не дали. Или они не посчитали нужным его взять, — усмехается завхоз. — Думаю, что соображение «куда ты, студентик, денешься с подводной лодки», помогло им принять решение. Так что их тоже понять можно. Выполняют распоряжение. Они закошмарили грузчиков, и те вышли на четыре часа раньше, чтобы успеть погрузить дирижабль и выпихнуть его с территории порта. Так что готовься. Они здесь будут примерно после обеда.

— Хорошо, всегда готов, — отвечаю.

— Вот и славненько, — вздыхает завхоз и лезет под прилавок.

Мужик вытаскивает еще один небольшой сверток.

— Вот тебе вторая быстрая зарядка, как обещал — поясняет завхоз. — Денег не возьму, — с сожалением провожает взглядом недорогую, в общем-то, вещь.

— Здорово, нам такое надо, — улыбаюсь.